Может, случайность.
– То есть Немировский поверил, что проклятие снято, расплатился брильянтами и мирно выпил отраву, которая не могла появиться сама, потому что он забыл свое лекарство и предварительно сходил в аптеку за настойкой валерианы?
– Не складывается что-то, – согласился Василий Яковлевич.
– Нам точно известно, что преступник не собирался оставлять Немировского в живых.
– А откуда нам это известно?
– Призрак, который испугал Кирьякова, приходил за единственной уликой – пузырьком наперстянки, – ответил Пушкин.
– Алёша, но ведь тут ясно как днем: хотели выдать за сердечный приступ, – сказал Лелюхин.
– Неясно, Василий Яковлевич. Человек, который убедил не наивного юношу, а купца, владельца ломбарда, принести в гостиницу драгоценности, предложил бы выпить бокал вина.
– Поиграть хотел, как кошка с мышкой.
– То есть получить удовольствие от медленной смерти Немировского?
– Что-то такое… Сам же сказал: Немировский ломбардом владеет. А эти три шкуры дерут. Может, кто-то затаил обиду, захотел поквитаться.
– Полагаете, откуда-то взялся благородный граф, который наказал за грехи жадного дельца?
– Ну, это глупости, – сказал Лелюхин, прикрывая папкой французскую книжку.
Пушкин сделал вид, что ничего не заметил.
– Согласен, что Немировский должен был умереть от сердечного приступа. Только благородного возмездия тут нет, – сказал он.
– Почему же? А вдруг. Всякое бывает…
– Не бывает, Василий Яковлевич. Как бы ни были дороги брильянты его жены, ломбард и дом Немировского стоят несравнимо больше. До них никак не достать. Вот вся задача.
Задача оказалась не такой уж легкой, как полагал Лелюхин. Это не учебник по математике листать. В правильное решение на последних страницах не заглянуть.
– Тут ведь – на всякого мудреца довольно простоты, – ответил он. – Кому выгодно, чтобы Немировский умер?
– Никому.
– Так, Алёша, не бывает. Муж погибает – жене выгодно. Жена убита – хватай мужа. Наука простая, но верная. Сколько раз самые темные дела раскрывали.