Мои сестры и спутники делали то же самое. Все молчали.
Едва откусив кусочек жареного мяса, я поморщилась… Год назад такой обед показался бы мне пределом мечтаний. Немыслимым деликатесом.
Сейчас ощущение было иным.
Будто бы я ем угли и пепел.
Риз отважно поддел на вилку кусок курятины и принялся жевать. Кассиан и Азриель уписывали еду за обе щеки, словно их не кормили месяцами. Наверное, жизнь воинов и сражения научили их видеть в пище прежде всего источник пополнения силы и не особо обращать внимание на вкус.
Я поймала на себе взгляд Несты.
— Тебе чем-то не нравится наше угощение? — сухо спросила она.
— Нет, — торопливо ответила я, заставляя себя откусить второй кусок.
Мне свело челюсти, и я поторопилась запить кушанье водой.
— Ты что же, больше не в состоянии есть обычную пищу? Или она не в состоянии удовлетворить твой утонченный вкус?
Это был не только вопрос. Неста бросала мне вызов.
Риз звякнул вилкой по тарелке. Элайна шумно вздохнула.
Неста позволила мне привести иллирианцев сюда.
Я уперлась ладонью в стол.
— Я по-прежнему способна есть, пить, совокупляться и сражаться. Пожалуй, даже лучше, чем раньше.
Кассиан поперхнулся водой. Азриель заерзал на стуле, готовый, если понадобится, вклиниться между мною и Нестой.
Неста тихо засмеялась.
А во мне бушевал огонь. Я слышала его гудение, все мои жилы охватило пламя, рвущееся наружу.
Потом я почувствовала резкий внутренний толчок. Моя связующая нить натянулась, и откуда-то хлынула прохладная темнота, гасящая и огонь, и мое раздражение.
Я проверила заслоны в мозгу. Все они были на месте.
Риз едва заметно подмигнул мне, затем, сохраняя прежнюю невозмутимость, обратился к Несте:
— Если тебе когда-нибудь захочется посетить Притианию, ты поймешь, чем ваша пища отличается от нашей.
Неста наградила его презрительным взглядом:
— Вот уж куда я не рвусь, так это в ваши земли. Так что готова поверить на слово.
— Неста, зачем ты так? — вырвалось у Элайны.
Кассиан рассматривал Несту. Судя по блеску его глаз, я поняла: он нашел себе достойную противницу.
Неста заметила его взгляд и приняла вызов:
— Что смотришь? Нашел во мне интересный предмет для созерцания?
Брови Кассиана поднялись, но уже не от удивления.