Я полезла в карман доспехов. И снова ледяной металл обжег мне пальцы.
Я опустила шкатулку на стол. Она встала с глухим стуком, и все отпрянули от стола, бормоча ругательства.
— Фейра, доведи дело до конца, — лениво произнес Риз. — Пожалуйста, открой шкатулку.
У меня подогнулись колени. Голова закружилась. Во рту ощущался вкус морской соли и всего, чего я успела наглотаться, но… Я сама хотела поскорее расстаться со шкатулкой.
Плюхнувшись на стул, я пододвинула ненавистную шкатулку к себе и положила руку на крышку.
«Здравствуй, врунья», — вкрадчиво произнесла Книга.
— Здравствуй, — тихо ответила я.
«Будешь меня читать?»
— Нет.
Все молчали, хотя воздух столовой был густо пропитан замешательством. Только Риз и Амрена внимательно наблюдали за мной.
«Откройся», — мысленно приказала я.
«Скажи „пожалуйста“».
— Пожалуйста, — произнесла я вслух.
Шкатулка и Книга молчали. Затем послышалось: «Подобное взывает к подобному».
— Откройся, — скрипнула зубами я.
«Растворение и Сотворение, Сотворение и Растворение — таков круг.
Я посильнее надавила на крышку. От накатившей усталости я стала безразличной к мелькавшим мыслям, к тому, что было или не было частью меня: жар и вода, лед, свет и тень.
«Разрушительница проклятия», — произнесла Книга, и крышка шкатулки чуть приподнялась.
Я устало откинулась на спинку стула, радуясь соседству с пылающим очагом.
Светло-карие глаза Кассиана потемнели.
— Я больше не хочу когда-либо снова услышать этот голос, — признался он.
— А придется, и очень скоро, — вкрадчиво сказал Ризанд, поднимая крышку. — Как только смертные королевы соизволят нанести визит, ты отправишься вместе с нами.
Сейчас я слишком устала, чтобы думать о необходимом продолжении начатого. Я смотрела в шкатулку.
Книга не была похожа на привычные мне книги. Не было ни пергаментных страниц, ни кожаного переплета. Страницами служили листы темного металла, скрепленные тремя кольцами: золотым, серебряным и бронзовым.
Риз не торопился доставать Книгу из шкатулки. Его соратники поочередно заглядывали в нее и отходили, словно видели что-то отталкивающее.
Только Амрена продолжала сосредоточенно разглядывать Книгу. Ее лицо стало совсем бледным.
— На каком языке это написано? — полюбопытствовала Мор.