— Я сказал: извинись перед Фейрой, — с угрожающим спокойствием повторил Риз.
Кейр что-то простонал. Прошло не более двух секунд, и послышался хруст костей. Кейр закричал от нестерпимой боли.
У меня на глазах его рука переломилась в двух… в трех… в четырех местах. Теперь она держалась исключительно на коже и жилах."
"Новый хруст: Кейру раздробило локоть. Меня замутило.
Из глаз Кейра хлынули слезы. Ненависть заглушала в нем боль. Он и не пытался ее скрывать, взглянув сначала на меня, затем на Риза. Однако его губы произнесли:
— Прошу… меня… извинить.
Я думала, что этим и ограничится, но магическая сила Риза сломала Кейру и вторую руку. Мне стоило изрядных усилий не вздрогнуть.
Кейр снова закричал. Риз холодно улыбнулся и спросил у придворных:
— Может, попросту убить его за непочтительность?
Придворные молчали.
Риз усмехнулся.
— Когда очнешься, не смей обращаться к лекарям, — сказал он служителю. — Если я только узнаю, что ты схитрил…
Магическая сила Риза сломала Кейру правый мизинец. Поверженный служитель вскрикнул.
— Так вот, если я узнаю, что ты схитрил, я разрежу тебя на кусочки и закопаю так, что никому не удастся их найти и сложить вместе.
Ненависть в глазах Кейра сменилась откровенным ужасом. Затем, словно невидимая рука ударила его, он без сознания рухнул на пол.
— Уберите его отсюда, — потребовал Риз, не обращаясь ни к кому конкретно.
Двое мужчин — двоюродные, а может, и родные братья Мор — подхватили бездыханного служителя.
Кейр очнется. Это все, что сказал о нем Риз.
Я пошла к Кассиану. Риз подозвал какого-то придворного, и тот, подобострастно склонившись, стал что-то докладывать о повседневной жизни Двора кошмаров.
Я продолжала поглядывать на трон. Я остановилась в шаге от Кассиана, подзадоривая здешних мужчин поиграть со мной. Никто не осмелился.
Мы пробыли там еще час, показавшийся мне вечностью. Все это время мое внимание неизменно возвращалось к верховному правителю, чьи губы, руки и тело заставили меня проснуться.
Верховный правитель, силы которого я не боялась. И гнев его не был для меня разрушительным.
А теперь… теперь я не знала, куда меня все это заведет.