Я выпустил Ирину на улицу, запер за ней дверь и отправился на кухню. Выпил кружку воды, избавляясь от сухости во рту, вызванной вчерашним злоупотреблением алкоголем, начал жарить яичницу с беконом.
На душе было паршиво. И даже не из-за размолвки с Ириной, просто как-то совсем не хочется в изолятор отправляться. Но и в бега пускаться не вариант. Дружине я на фиг не сдался, а вот Братство найдет. Даже в Северореченске отыщет, даже в Городе.
Спустился Иван, зевнул, почесал под футболкой пузо.
– Его прощальный завтрак? – пошутил, подперев плечом дверной косяк.
– Не смешно. – Я переставил сковороду с плиты на железную подставку, разрезал яичницу и спросил: – Будешь?
– Не откажусь. С вами девчонки что-то обсудить хотели.
– Еще никуда не ухожу.
И тут с улицы постучали во входную дверь.
– Точно не уходите? – хмыкнул Иван. – А то уведут сейчас под конвоем…
Я ушел в бар, выглянул в окно, стараясь особо не высовываться из-за простенка.
На крыльце стоял водитель Селина с какой-то папкой в руках.
Я отпер дверь, запуская его внутрь. Иван вышел к нам с тарелкой в одной руке и вилкой в другой.
– Привет, Валер! – поздоровался он с водителем.
– Привет, Вань! – отозвался тот и протянул мне толстую папку документов.
Три экземпляра прошитых учредительных договоров «Первой винокурни на паях», передаточные акты, соглашения о стоимости передающихся в уставный капитал активов. Денис и Гамлет получали по двадцать процентов, их компаньоны по пять; мне оставалась половина.
Я внимательно просмотрел основные условия и принялся подписывать листы.
Когда я заверил все соглашения, Валера убрал их в папку и протянул мне какой-то листок.
– Денис сказал, что здесь по больницам уточнить можно. Человек в курсе, поможет.
– Спасибо.
– По больницам? – удивился Иван, когда я проводил водителя и запер за ним дверь.
Я узнал цитату из Высоцкого, но ничего объяснять помощнику не стал, налил себе чаю и принялся завтракать. На кухню заглянули Юля и Вика, как-то странно посмотрели на меня, переглянулись и спросили:
– Дядя Слава, с вами точно все хорошо?
– А что такое? – чуть не подавился я от такого вопроса.
Гимназистки продемонстрировали мне забытые в подвале кожаные браслеты.