– Мне пора возвращаться к Мерилле, – объявила послушница, с лица которой исчезло прежнее выражение. – Не навлекай на себя беду, – посоветовала она, выразительно посмотрев в сторону дна.
Гвин повернулась, готовая уйти. В ее руке сверкнул камень.
– А почему ты не носишь свой камень на голове, как другие жрицы? – не удержалась от вопроса Неста.
– Я не заслужила такого права, – ответила Гвин, убирая камень в карман.
– Неужели мы только этим и будем заниматься? – спросила на следующее утро Неста. – Упражнениями на равновесие и растяжками?
Сегодня Кассиан показал ей новое упражнение, которое он назвал «реверансом на корточках».
– Пока не научишься по-настоящему держать равновесие, да.
– Но я уже не падаю на каждом шагу.
Только каждые несколько минут.
Кассиан велел ей сделать еще одно приседание.
– Когда встаешь, ты по-прежнему переносишь вес тела на правую ногу. Это делает уязвимым твое правое бедро, а правая нога отъезжает вбок. Центровка тела оказывается нарушенной. Пока мы это не выправим, показывать тебе что-то более серьезное нет смысла.
Неста шумно выдохнула и снова присела, низко пригнувшись. Правая нога отъехала за левую. Левое бедро и колено обожгло, как огнем. Сколько реверансов она сделала перед строгим взором матери? Она и забыла, какими утомительными были те реверансы.
– А вот стоять ты умеешь замечательно, – похвалил Кассиан.
– Еще бы! – с нескрываемым презрением ответила Неста. – Этому меня учили с детства.
Неста поднялась. У нее дрожали ноги. Появилась даже мысль напомнить Кассиану об их соглашении и потребовать, чтобы «реверансы на корточках» прекратились.
– А тебе самому нравятся эти нескончаемые упражнения?
– Еще два приседания, и я тебе расскажу.
Кряхтя, Неста подчинилась, но лишь потому, что ей самой надоело быть «слабой, как новорожденный котенок».
– Сходи водички попей, – сказал он, когда она завершила приседания.
Сегодня утреннее солнце жарило совсем не по-осеннему.
– Я сама знаю, когда мне пить, – огрызнулась Неста.
– Тогда продолжай, пока не упадешь в обморок.
В светло-карих глазах Кассиана не было и намека на шутку. Судя по лицу, он не собирался шутить. Неста выпила воду, объяснив себе, что делает это по собственной воле, дабы голова не кружилась.