Только сила воли и гордость удержали его от собственного оргазма. Только сила воли и гордость заставили его вернуться к себе, когда Неста потянулась к нему. Только сила воли и гордость заставили его покинуть ее комнату, когда ему хотелось лишь обнажить член, войти в ее сладостное, теплое лоно и толкать свое «орудие» до тех пор, пока они оба не закричат от наслаждения.
Ее удивительный вкус оставался у него во рту. Оставался и после того, как Кассиан вымылся и лег. Оставался, когда он предался самоудовлетворению, сделав мокрыми простыни и исторгнув из себя все семя.
Кассиан прогнал эту мысль. Как бы хорошо Несте ни было от прикосновения его пальцев и языка, это не шло ни в какое сравнение с ощущениями, которые подарил бы ей его член.
Однако Неста, появившаяся на площадке, ничем не отличалась от той, которую он привык видеть каждый день.
Ни следов румянца на щеках, ни блеска в глазах, говорящего о вчерашнем наслаждении.
Может, причиной тому был Азриель, вышедший следом.
Названый брат лишь взглянул на Кассиана и усмехнулся.
Кассиан не сожалел о вчерашнем. Ни капли. Возможно, причиной того было, что его последняя близость с женщиной произошла более двух лет назад. Однако он не помнил, когда в последний раз ему так отчаянно хотелось близости.
Что-то в его мозгу шептало обратное. Кассиан не обратил внимание на этот шепот, что делал уже давно.
– Доброе утро, Аз, – поздоровался Кассиан и кивнул Несте.
Ее глаза сердито сверкнули, готовые воспламенить ту же злость в Кассиане. Но затем она холодно улыбнулась:
– Спала, как новорожденный младенец.
Получалось, они затеяли игру: кто дольше сумеет делать вид, будто ничего такого не произошло. И кто сумеет показать, что не слишком затронут случившимся.
Кассиан улыбнулся, показывая, что вступает в игру. И еще до конца обучения он заставит Несту приползти к нему.