Но Неста забыла о нем, встретившись глазами с Амреной. Та наблюдала за нею с холодной неприязнью.
Из потаенных глубин памяти Несты выплыли слова, которые она все эти месяцы пыталась забыть. Каждое из них обдавало огнем: «Ты превратилась в никчемную прожигательницу жизни».
Неста отвела взгляд, сосредоточившись на карте.
– Не будем терять время.
– Два дня назад, когда ты пыталась гадать, ты что-нибудь почувствовала? – спросил Азриель, сидевший рядом с Амреной.
– Ничего. – Пальцы Несты застыли над миской с камешками и костями.
– О чем ты думала? – спросила Амрена.
О ненависти к себе самой. К отцу. О своем громадном страхе перед Котлом.
– О Сокровищнице, – ответила Неста. – И о том, чем кончилось мое тогдашнее гадание.
– Мы убережем Элайну от любого зла, – сказала Фейра. – Утром Риз окружил ее особыми заклинаниями, и теперь мы постоянно видим, где она и что с нею.
– Глаза можно и отвести, – возразила Неста.
– Только не мне, – с тихой угрозой сказал Азриель.
Неста посмотрела на него.
– Мы не повторим той ошибки, – добавил Азриель.
Неста поверила ему.
– Начинаю. – Она зачерпнула горсть камешков и костей.
Они были холодными как лед.
Плотно сжав их в кулаке, Неста закрыла глаза и вытянула руку над картой, разложенной на столе. Все молчали, хотя она чувствовала тяжесть их взглядов, устремленных на нее.
От Кассиана, стоявшего рядом, шло тепло. Его крылья шелестели рядом с ее спиной.
Это тепло, этот шелест станут ее якорем.
Позавчера он прибежал спасать ее от кошмарного сна. Он оставался рядом, пока она спала. Охранял ее и сражался за нее. Он и сейчас не допустит, чтобы с нею случилась беда.
Не допустит беды.
Не допустит беды.
Не допустит беды.
Бесконечная спираль мыслей исчезла. Внутри разума появилась зияющая дыра.
Не допустит беды.
Не допустит беды.
Не допустит беды.
Неста двинулась в эту тьму, медленно погружаясь туда, как в пруд.
Рука Кассиана касалась ее руки. Еще один якорь. Спасательный канат. Она взяла Кассиана за руку и переплела их пальцы. Пусть это прикосновение удерживает ее, пока ее разум целиком погружается в черную бездну.
А потом – ничего.
Она медленно падала, скользя взад-вперед, словно камешек, идущий ко дну пруда.
«Маска, – шептала Неста, направляя разум в вечность.