Другая ее рука изящно покоилась на колене. Кассиан остановился в нескольких шагах от лабиринта столиков, расставленных прямо на тротуаре, с улыбкой любуясь Морриганой. Ее голова была запрокинута к солнцу, распущенные волосы ниспадали на плечи, переливаясь, как жидкое золото. Полуоткрыв свой полный рот, она наслаждалась солнцем.
Она никогда не жаловалась на избыток солнца. Наоборот, жадно впитывала его лучи. И спустя пятьсот лет после того, как она покинула мрачную тюрьму, именовавшуюся родным домом, и чудовищ, называвших себя ее родней, давняя подруга Кассиана (по сути – сестра) наслаждалась каждым мгновением на солнце.
Кассиан предупредительно кашлянул. По пути к столику он учтиво улыбался посетителям и прохожим. Кто-то просто глазел на него, кто-то приветственно махал. Когда он усаживался, Мор уже вовсю усмехалась, и ее карие глаза весело светились.
– Не начинай, – предупредил он.
Кассиан сел, закрыв крыльями спинку стула, и подозвал хозяина заведения. Тот достаточно знал его вкусы и понял, что ему нужна обыкновенная вода.
Улыбка Мор была настолько красивой, что у Кассиана перехватило дыхание.
– Ну как не насладиться зрелищем давнего друга, которым восхищаются все подряд? – озорно спросила она.
Кассиан раскрыл глаза. Владелец заведения принес кувшин воды и стакан. Мор дождалась, пока владелец отойдет, и сказала:
– Помнится, было время, когда тебе нравилось купаться в лучах славы.
– Я тогда был молодым самонадеянным идиотом.
Кассиан поежился, вспомнив, как после успешных сражений и ответственных поручений ему нравилось расхаживать по улицам.
Словно почувствовав ход его мыслей, Мор деликатно кашлянула. Способности, которыми обладал Риз, были ей недоступны, но жизнь при Дворе кошмаров научила ее замечать малейшие оттенки в выражении лиц. Когда-то она уже рассказывала Кассиану, что в том поганом мире легкое подмигивание могло означать решение чьей-то судьбы – жизнь или смерть.
– Ну как, она устроилась?
Кассиан знал, о ком речь.
– Сказала, что устала. Улеглась спать.