Посмотрим, насколько сильно и глубоко ты любишь Тамлина.
Я едва не показала ей оскаленные зубы. Лицо Тамлина ничего не выражало.
— Я взяла на себя смелость кое-что узнать о тебе, — лениво растягивая слова, продолжала Амаранта. — Это помогло мне придумать задание, которое тебе понравится.
Мое чутье, все мои человеческие чувства кричали: «Беги!» Но я не сдвинулась с места, только еще плотнее сомкнула ноги, не позволяя трусливым коленям дрогнуть.
— Ты получишь громадное удовольствие.
Амаранта взмахнула рукой. Аттор вышел вперед, и толпа послушно разошлась, освободив проход к краю.
— Подойди ближе и оцени мою фантазию.
Я послушно подошла к краю, за которым начинался странный лабиринт. Канавы были глубиной локтей в двадцать. Возможно, их специально прорыли в скользкой глине. Удерживая разъезжающиеся ноги, я пыталась охватить взглядом картину лабиринта. Он занимал все пространство пещеры, бессмысленно даже пытаться запомнить его повороты и развилки. На дне канав темнели ямы, а в стенах виднелись щели, уводящие, скорее всего, в подземные туннели.
Меня подтолкнули в спину. Я вскрикнула, чувствуя, как теряю равновесие, но чья-то сильная, костлявая рука ухватила меня, не дав упасть. Теперь я болталась в воздухе, ощущая когти Аттора. Последовал оглушительный взрыв хохота. Аттор, взмахнув крыльями, слетел вниз и опустил меня в канаву.
Под ногами зачавкала глина. Я раскинула руки, отчаянно стараясь не упасть. Даже это веселило зрителей, хотя я и удержала равновесие.
В мире людей глина пахла… не сказать чтобы вкусно, но вполне приемлемо.
— Ризанд рассказал мне, что ты — охотница, — сказала она.
У меня зашлось сердце. Откуда он узнал? Неужели опять залез ко мне в мозг? Или… нашел моих близких и…
Амаранта щелкнула пальцами, обращаясь к толпе:
— Делайте ставки, и поживее!
Фэйри восторженно заорали.
Я посмотрела на Тамлина. Его изумрудные глаза превратились в две льдинки. Я запоминала черты его лица, контуры маски, оттенок его волос. Возможно, я видела его в последний раз.
— Выпускайте дичь, — приказала Амаранта.
Я вздрогнула всем телом. Страх пронизал меня до мозга костей.