Даже высокая зарплата не способна заставить их терпеть твой мерзкий характер… И… я тоже уже устал. Я возвращаюсь домой, чтобы хоть немного отдохнуть от боевых действий — а вместо этого снова попадаю на поле боя! С твоим отравлением я разберусь. Опрошу слуг. И молись, чтобы я не выяснил, что ты сделала это сама, чтобы отвести от себя подозрения. Я шкуру с тебя спущу. Я уже устал от твоих выходок, — в конце гневной тирады дракон снова ударил ладонью по столу.
Мне нечего было возразить. Он встал, подошёл к двери, открыл её — но не ушёл.
— Марсо! — гаркнул генерал.
Я подскочила на стуле. В дверях тотчас возник гвардеец.
— Отведите её в южную башню. Никого к ней не пускать.
— Это… это тюрьма?! — выдохнула я.
Он взглянул мне прямо в глаза.
— Нет, Ирида. Это защита. Всех от тебя.
— Но…
— Замолчи. Я очень зол сейчас.
Я встала на слабых ногах, дотронулась до щеки. Аданат заметил это и скривился. Потом подошёл к шкафу, достал оттуда какую-то ткань и пузырёк.
— Сама всё обработаешь.
— Мне не положена целительница?
— Целительница занята.
— А что с мальчиком?
— Не тяни время, Ирида. Я ни за что не поверю, что тебе есть дело до него.
— И всё же… скажи.
Мужчина холодно посмотрел на меня. Он заложил руки за спину.
— Он цел. Отделался лёгким испугом и укусами сорнов.
Хотела спросить — есть ли какие-то последствия после укусов? Но прикусила вовремя язык. Главное — жив. А та уж чудо-женщина точно его вылечит.
Раз уж мне положено сидеть в башне, может, стоит попросить у него книги?"
"— Аданат… могу я взять себе какие-нибудь книги?
— Бери что хочешь.
— Понял, генерал, — отрапортовал гвардеец.
Я направилась к двери, остановилась рядом, обернулась через плечо.
Аданат стоял у окна, заложив руки за спину. Он смотрел на луны этого мира.
Красивый мужчина. На минутку даже стало жаль, что между нами такие сложные отношения. Ненависть уже не перебороть.
Возможно, если бы не сволочной характер Ириды, у нас бы получилось подружиться.
Но увы…
Признаться я не могу, исправить его отношение ко мне тоже. А значит — надо узнать об этом мире всё и уйти.
Аданат не повернулся, но сказал:
— Это последний подобный разговор, Ирида. Ещё одна выходка. Самая незначительная — и ты будешь наказана по всей строгости. Я высеку тебя у столба.