Феба замерла на полпути, а он поднял голову. Завидев блестящие дорожки от слез у нее на щеках, его светлость спросил:
– Что случилось?
– Папа Тома, – выдавила она. – Мистер Орде…
Герцог нахмурился, отчего летящие брови мужчины стали еще выразительнее.
– Здесь?
– В комнате Тома. Он… он говорит…
– Идемте в буфетную! – скомандовал Сильвестр.
Девушка повиновалась, высморкалась и сдавленным голосом проговорила:
– Прошу прощения: я пытаюсь взять себя в руки!
Он закрыл за ними дверь.
– Да не плачьте! Итак, что говорит Орде?"
"– Что я должна вернуться домой.
– В таком случае не будем терять ни минуты, – невозмутимо заявил герцог. – Сколько времени вам понадобится на то, чтобы собрать вещи?
– Какая теперь разница? Он говорит, что сначала должен съездить в Хангерфорд, повидать доктора Упсалла и нанять карету.
– Я имею в виду не возвращение в Остерби, а вашу поездку в Лондон.
– О да, да, конечно! Вы хотите сказать… Но он не позволит мне!
– А вы должны спрашивать у него разрешения? Коль решите ехать, моя карета ждет на постоялом дворе «Хафуэй-Хаус», и я готов немедленно отвезти вас туда. Итак?
Слабая улыбка коснулась ее губ, потому что слова эти произвели на нее магическое действие. Она вдруг превратилась в совсем другого человека и воскликнула:
– Благодарю вас! О, как вы добры!
– Я скажу Кигли, чтобы он не ставил лошадей в стойло.
– В моей спальне. Но она не…
– Передайте ей, что у нее есть ровно пятнадцать минут, чтобы собрать все необходимое, и предупредите – мы не станем дожидаться ее, – сказал герцог, направляясь к двери.
– А миссис Скелинг?
– Я все устрою, – не оборачиваясь, бросил герцог и вышел.
Поначалу Алиса изумилась, но, узнав о том, что ждать ее никто не будет, отшвырнула веник с видом человека, сжигающего за собой все мосты, и решительно заявила:
– Я еду с вами, пропади оно все пропадом! – после чего выскочила из комнаты.
Боясь, что в любой момент к ней может войти сквайр, Феба вытащила из-под кровати свой саквояж и принялась судорожно запихивать в него вещи. Не прошло и четверти часа, как обе девушки украдкой спустились по лестнице; одна держала в руках саквояж и шляпную коробку, из которой выбивалась полоска муслина, а другая обеими руками прижимала к груди сумку из плетеной соломки.
Коляска ждала их во дворе.