– Или ты хочешь, чтобы я вывернул свой сюртук наизнанку, напялил его на себя и отправился на поиски суженой, как тот принц из сказки? Кстати, я всегда был о нем невысокого мнения, если хочешь знать! Редкий болван! Как он мог надеяться встретить кого-нибудь на таком маскараде, кроме совершенно неподходящих женщин, жениться на которых было бы верхом безумия?
– Совершенно верно, – согласилась герцогиня.
Сильвестр всегда старался окружить ее заботой и вниманием, и сейчас ему вдруг показалось, что мать выглядит уставшей.
– Своей болтовней я утомил тебя до полусмерти! Почему же ты не остановила меня? Быть может, послать за Анной?
– Нет-нет! Голова у меня не болит, честное слово, – сказала миледи, нежно улыбаясь сыну.
– Хотелось бы верить, – отозвался он и наклонился поцеловать ее в щеку. – Я оставляю тебя, чтобы ты успела отдохнуть перед тем, как за тебя вновь примется Августа: не позволяй ей досаждать тебе всякой ерундой!
Сильвестр ушел, а герцогиня осталась сидеть, погрузившись в воспоминания; из задумчивости ее вывело лишь появление кузины.
– Вы одна, дорогая Элизабет? – воскликнула мисс Пенистон. – Ах, если бы я знала заранее… Но вообще-то я полагала, что Сильвестр готов сидеть с вами до бесконечности и только мое появление может заставить его в конце концов уйти! Пожалуй, я уже сто раз вам говорила, что другого такого внимательного сына еще поискать. И к тому же такого заботливого! Он просто бесподобен!
– Да, да! – согласилась герцогиня.
В голосе ее светлости прозвучали скорбные нотки, что было для нее необычно. Уловив их, мисс Пенистон заговорила тем ободряющим, сердечным тоном, к какому всегда прибегала Баттон, когда хотела отвлечь разозлившегося или обиженного Эдмунда:
– Сегодня он выглядел как-то особенно симпатично, вы не находите? У него прекрасная фигура, а уж как он умеет себя держать! Он разобьет еще немало сердец, когда решится наконец сделать окончательный выбор!
Она весело рассмеялась над своими же словами, а вот герцогине, похоже, было совсем не до смеха.