– Феба, негодница ты этакая, да ты, наверное, смеешься над нами! Подумать только: ты станешь герцогиней!
Феба ничуть не обиделась на последовавший за этим взрыв веселого смеха, а вот Мэри решительно заявила:
– А я думаю, из Фебы получится замечательная герцогиня!
При этих ее словах Феба тоже рассмеялась, но мисс Бэттери согласно кивнула и сказала:
– Вот именно!
– Как вы можете так говорить? – возмущенно возопила Феба. – Я совершенно не разбираюсь в моде, решительно не знаю, что обсуждать с незнакомыми людьми, и…
– Он светский человек? Следит за модой?
– Да, даже слишком! То есть я не знаю, но подозреваю, он просто обязан это делать.
– Видишь, уже лишь за это он должен тебе понравиться! – заметила Сюзанна. – А как он выглядит? Он молод? Симпатичен?
– Не знаю, сколько ему лет.
Мэри, обладавшая хорошей памятью, с надеждой заметила:
– В молодости папа тоже весил двенадцать стоунов. Он сам так сказал, а еще добавил, что это лучший вес для охоты на пересеченной местности.
"Но тут в разговор с весьма простительным нетерпением вмешалась Сюзанна:
– Да кому какое до этого дело? Феба, не будь такой врединой! Почему ты не хочешь, чтобы он сделал тебе предложение? У него что, несносный характер? Могу сказать, например, что если бы он был богат и немножко вежлив и воспитан, то все остальное меня ничуть не волновало бы. Подумать только! У тебя будет собственный дом, сколько угодно новых платьев и, скорее всего, целая куча драгоценностей, не считая того, что ты сможешь делать все, что захочешь!
Мисс Бэттери, с неодобрением взглянув на свою воспитанницу, заметила:
– Сюзанна, если ты не можешь удержаться от того, чтобы не выражать свои мысли таким образом, который иначе как вульгарным я назвать не могу, то вынуждена просить тебя замолчать.