Как только девушка встала на ноги, все еще обнимая себя руками за плечи, зябко поеживаясь, Дюсан сделал резкий шаг вперед и гневно прошипел, глядя на своих невольных помощников.
— Она принадлежит мне как истинная, и если к ней хоть кто-то посмеет прикоснуться, убью любого и плевать на последствия моего поступка.
Радьяр, надменно задрав одну бровь, заметил на подобные угрозы.
— Если ты в этом уверен, то почему я не вижу привычной реакции со стороны девушки. Ты подходил к ней близко, прикасался к ней?
— Нет, мне достаточно и того, что инстинкт говорит мне об этом, грозя уничтожить остатки спокойствия и просто перегрызть вам всем глотки, Ла Роли! Но я клянусь, если ты дашь мне уйти вместе с ней сейчас, забуду об этом мире.
Ева еще раз настойчиво попросила девушку подойти к ней, и как только та подошла на достаточно близкое расстояние, чтобы хвост Дюсана заплясал в злобной неистовой пляске, почему-то остановилась и неуверенно посмотрела сначала на него, отметив реакцию, а потом перевела взгляд на Еву.
Незнакомка удивилась своей внутренней борьбе, в которой сошлись странное желание успокоить и не злить этого серебряноволосого мужчину с хвостом, который так неожиданно появившегося в том переулке и, не колеблясь, встал на ее защиту, и в тоже время, стоящая перед ней красноволосая девушка-человек вызвала безоговорочное доверие. Именно поэтому она решилась на компромисс и остановилась между ними, все еще пытаясь унять руками внутреннюю дрожь, вызванную страхом и отчаяньем, прямо посмотрела в глаза рыжей.
Ева отметила все действия и невольные мысли, отражавшиеся на лице высокой стройной девушки, стоящей перед ней и отчаянно справлявшейся с внутренним страхом. Ева окинула любопытным взглядом красивую брюнетку с шоколадными глазами в неярком приглушенном ночном свете. На чуть смугловатом лице, играли причудливые тени, придавая ей еще больше таинственности и беззащитности.