Предлагаешь мне подумать?.. Да, я знаю, что тебе пятьдесят шесть… Конечно, меняется. С возрастом всё меняется… Нет, это нетелефонный разговор… Не сомневайся, я найду отца для своего ребёнка, если он мне потребуется… Тебя это уже не касается… Конечно, я не буду это с тобой обсуждать…
Она ушла слишком далеко от машины, чтобы Демьян мог подслушивать дальше, он и в последних-то её словах был не уверен, но неожиданная и ещё не совсем осознанная мысль «а что если…» заставила его открыть портмоне, посмотреть на презервативы и вспомнить, что они с женой однажды спорили, как нужно повредить презерватив, чтобы забеременеть.
Глава 24
Одна из её подруг гордо заявила, что втихаря проткнула презервативы иголкой и вот: добилась чего хотела — гордо демонстрировала беременный живот.
Демьян, не понаслышке знавший свойства латекса, — ему повезло в юности поработать на заводе резиновых изделий, — скривился скептически.
Латексные перчатки, соски, наконечники для пипеток. Конвейер, стеклянные колбы характерной формы, тонущие в латексной смеси.
— Отверстие от иголки для изделия из резины является несущественным, — не только объяснял, но и демонстрировал он жене. — Видишь, латекс сжимается, и отверстия нет, сколько ни тяни. А если повредить сильнее, — он делал надрез ножом, — от малейшего натяжения презерватив рвётся, а это уже невозможно скрыть, — держал Демьян в руках ошмётки «изделия №2» в спермицидной смазке.
— Да, забеременеть ложью и подставой — это зашквар, — соглашалась с ним Полина.
— Тем более ни одного мужика ребёнком всё равно не удержишь. Нет у нас отцовского инстинкта. Есть ответственность, но это, сама знаешь, у кого есть, а у кого и нет…
— Как вы познакомились с мужем? — спросил Демьян Аврору, когда та вернулась в машину. Предложил разложить кресла. Рукавом протёр стекло люка над головой.
— Он был моим преподавателем в универе, — усмехнулась она.