Анастасия вернулась на кухню, устало села на стул, взяла бутылку вина, выпила прямо из горлышка, поставила с грохотом, взяла кусок курицы, запихала в рот, начала жевать. Но в горле стоял ком слез, а на душе была такая обида, что ничего не хотелось.
Было больно, обидно, неприятно, было как-то вообще ужасно. Потому что она поняла, что так не хочет, чтобы он уходил. Настя хотела, чтобы он вернулся.
– Маркиз, заходи, давай напьемся, обожремся курицы, красной икры, круассанов и помрем от обжорства. Это я все о себе, а тебе дам банку паштета, мы сегодня гуляем.
Приготовленный Ромкой ужин оказался неплохим, вот только есть совсем не хотелось, Настя лишь пила, не замечая, как начинает хмелеть, и жизнь перестает быть такой отвратной.
Когда в дверь позвонили, вскочила на ноги, улыбнулась, представляя, что это вернулся Сергей. В прихожей спустила с одного плеча платье, распустила волосы, чтобы быть более привлекательной, а в дверь все продолжали настойчиво звонить.
– Ты просил никому не откры… Ой… Папа?
– Папа, папа, а ты кого ждала?
– Я… я вроде…никого.
– Вот, полюбуйтесь, ваша Настенька пьяна. Самым натуральным образом пьяна, она в квартире притон устроила, и у нее здесь оргии каждый день. Мне Светлана Алексеевна все рассказала, а она живет за стенкой, она врать не будет, а это при том, что у человека со слухом проблемы. А вчера кто-то избил Матвея Кривошеина – и это все ее дружок.
Нет, зря Настя открыла дверь, ой зря. На пороге стояли Клавдия Никаноровна, одна из вредных старушек-соседок, и отец.
Вообще, надо было уехать смотреть новый дом Волкова, желательно до весны.
Глава 29
– Настюша, привет, к тебе можно? Меня не разорвет злой и страшный босс – Волков?
Постучавшись, в приемную зашла Лена. Ветрова лишь подняла голову, посмотрела на подругу и вновь уронила ее на руки. Мозг раскалывался на части, голова болела смертельно. Лучше бы она умерла еще вчера, когда ее отчитывал отец, как школьницу, прогулявшую урок, чем вот так сегодня страдать.
И почему на нее все так сразу навалилось? Где Анастасия согрешила, что теперь расплачивается своими нервами, головной болью и сердцем, которое разрывается в груди? Ведь было так все хорошо.
Ну ладно, Ромка бросил, ушел и нашел другую, хрен уже с ним, пусть валит ко всем чертям, и без него хорошо. Было так замечательно, так спокойно. Жила себе с Маркизом, салат строгала, суши заказывала, на работе порхала как бабочка, стараясь все успеть.