В ней, кроме поздравления с семидесятилетием, сообщалось, что гордость института, племенной бык Сергуня замечательной гернзейской породы, повредивший незадолго до этого ногу, поправился, ест с аппетитом и приступил к своим обязанностям. Словом, профессор Земляникин чувствовал бы себя сегодня на верху блаженства, если бы не… Если бы не досадное препятствие в виде Риммы Точилло. Дело заключалось в том, что Римму нельзя приглашать на юбилей. Потому что она станет весь вечер говорить о своей работе, то есть о глистах.
Тут будет реклама 1
И жена Сергея Аполлинарьевича поставила ему вчера жесткое условие: или она, или Римма. Когда-то давно Сергей Аполлинарьевич уже сделал однажды такую глупость – позвал Римму, неудобно было поступить иначе. Вечер оказался испорчен. Сотрудники маялись и все время убегали покурить на лестницу, жена и остальные родственники (не биологи) боролись с подступающей тошнотой. Остановить Римму не представлялось никакой возможности. После ее ухода в семье разгорелся скандал. Жена Земляникина утверждала, что увлечение работой тут абсолютно ни при чем, что Римма делает все нарочно, исключительно по вредности характера, и что ей, жене, со стороны виднее.
Тут будет реклама 2
В общем, сегодня Сергей Аполлинарьевич озабочен только тем, чтобы Римма не прослышала, что он приглашает гостей, и не заявилась собственной персоной или, еще того хуже, не поняла, что ее не хотят видеть, и не затаила бы обиду. Этого-то Сергей Аполлинарьевич боялся больше всего.
Сотрудники, посвященные в сложную проблему, разбрелись по кабинетам и усиленно делали вид, что работают.
Тут будет реклама 3
Римма пребывала в своем кабинете в обществе банки с цепнем, и младший научный сотрудник Леночка Мохеровская с кафедры козоводства не раз уже подбегала к ее двери, цокая каблучками, и подсматривала в замочную скважину."
"Рабочий день близился к концу. Надо решаться. Земляникин до ужаса боялся Римму Петровну, но в данном случае жену он боялся больше, да и не хотелось портить всем праздник. Профессор решился:
– Выходим по одному, в коридоре больше двух не собираться!
Перешептываясь, как дети, сотрудники на цыпочках устремились к выходу под неодобрительным взглядом сторожа Васильича.
Тут будет реклама 4
Васильич Римму сам терпеть не мог, но делал вид, что ни капельки ее не боится.
Земляникин позвонил жене, шепотом сказал ей, что едут, потом запер кабинет и вышел. Проходя мимо двери с раздававшимся оттуда стуком пишущей машинки, он замедлил шаги, потом махнул рукой и почти побежал к лифту, столкнувшись по дороге с Васильичем.
