Ему ещё предстояло докладывать начальству обо всём, что происходило в мире Большого Леса, и не факт, что это начальство после извещения о гибели и зомбировании лётчиков останется благосклонным к решениям Плащинина. Хотя он-то, в принципе, был ни в чём не виноват.
Кабина самолёта вместила всех беглецов, хотя пятерым из них пришлось расположиться на полу, тесно прижавшись друг к другу.
Максим не форсировал двигатель, но летели с очень большой скоростью и добрались до речной петли, отгородившей своеобразный полуостров с узким перешейком, где когда-то стоял лагерь боевиков африканского СОА, всего за сорок минут.
Зависли на высоте одного километра над рекой, разглядывая полуостров и не узнавая его: Лес постарался зачистить этот район, и за два с лишним месяца участок успел зарасти молодыми «баобабами» и многоходульными «баньянами». Единственным указателем недавнего присутствия в этом месте человека остался остов военного катера с пулемётом на носу, наполовину вытащенный на песчаный берег.
– Что дальше, майор? – осведомился Плащинин, сидевший в числе шести операторов перед терминалом самолёта с рожками на висках.
– Ждём, – ответил Максим с оптимизмом, которого на самом деле не испытывал.
– Долго? – присоединился к генералу Костя. Рогов обзора ему не дали, и он в нетерпении ёрзал по полу, не зная, чем себя занять.
– Не суетись, – тихо обратилась к нему Вероника.
– Может, подождём час, – рассудительно проговорил Редошкин, – а может, сутки.
Помолчав, добавил:
– А то и двое.
– Потрясно! Здесь есть туалет? Или мы будем писать через люк?
Вероника прыснула.
– Молодой человек… – сердито проговорил Плащинин.
– Командир! – вдруг воскликнул Редошкин.
Максим и сам заметил сверкнувший под самолётом серебристый крестик и отреагировал мгновенно, заложив вираж, после чего самолёт опустился на полкилометра и завис в полусотне метров от беспилотника-тетракоптера, обвешанного со всех сторон видеокамерами. Кроме того, была видна длинная бечева, уходившая из-под корпуса дрона и пропадавшая из виду в двадцати метрах от него.
– Подлетим поближе? – почему-то шёпотом произнёс Плащинин.
– Ждём! – повторил Максим, сдерживая нервную дрожь в пальцах. – Нас должны заметить и с такого расстояния, и только после того, как дрон вернётся домой, там отреагируют и пошлют «вертушку».
– А если не пошлют? – с надеждой спросил Костя.
– Увидим.
– Я вылезу, командир, – предложил Редошкин. – Помашу руками, чтобы там поняли, где мы.
– Идите вдвоём с Вероникой.