Кромешник и его светлое чудо

Я никогда не испытывала подобного. Полностью доверяя, подпустила к себе близко да еще и со спины, не видя его. Чувство защищенности и...

Из головы вылетели все определения — сильные пальцы переместились на мой затылок, сжали. И я застонала от непередаваемого удовольствия.

— Фил...

Мэтт резко развернул и накрыл мои губы своими.

Одна широкая ладонь легла на затылок, вторая — между лопатками. Он не удерживал, я могла ускользнуть в сторону. Но хотела ли?

Нет... Когда целуют страстно, уверенно, будто имеют на это право, не хочется сбегать.

И мне нравился пьянящий вкус его жаляще-ласкающих губ. Их напористость и жадность. От хмельного поцелуя закружилась голова и подкосились ноги. Мэтт поддержал, сильнее прижав к твердому телу.

Громкое звяканье меня испугало.

Мэтт замер, а затем и вовсе отстранился.

— Прости, — хрипло прошептал он и коротко поцеловал в уголок рта.

И тотчас отступил, будто опасаясь не сдержаться.

Я не сразу вынырнула из дурмана ощущений.

То, что сижу на столе, и пуговицы на моем платье расстегнуты до половины, не испугало.

Наоборот, я испытала чувство досады, что мы неосторожным движением свалили заготовку артефакта на пол и все испортили.

— Мне понравилось, — призналась честно. — Но следующий поцелуй будет в реальности, на настоящем свидании.

Да, я осознавала, что это полусон, полуявь. Нечто, что вроде бы есть и одновременно нет. Магия Тьмы? Неважно.

— Фил, забудь о свидании, — глухо произнес кромешник. — Не ищи меня. Мне нельзя к тебе прикасаться.

Мое сердце екнуло, сжалось от нехорошего предчувствия.

— Я могу нечаянно тебе навредить, Фил. Я проклят.

— Говорят, в некотором роде все кромешники прокляты, раз не могут без избранниц сохранить разум.

— Нет, на мне особое проклятие.

Я смотрела в темные печальные глаза и ощущала, как душу наполняет злость на обстоятельства. Впервые я чувствовала себя живой девушкой, а не только создателем полезных магических штуковин. И мужчина, пробудивший меня новую, проклят!

— Да чхать я хотела на твое проклятие! Спас — не отвяжешься теперь!

Мэтт весело хмыкнул:

— Звучит, как угроза, но мне нравится.

— Я не шучу, Мэтт! — Глядя на его кривящиеся в полуулыбке губы, внезапно пообещала: — Найду — зацелую.

Сказала — и ужаснулась. Что я несу? Куда, зачем? Ой, не то...

— Я не окажу сопротивления, Фил, — пообещал Мэттхольд. — Найдешь — я весь твой.

Это был вызов, и я почти выиграла, хорошо, что Мэтт не знал об этом.

Металлический звон все испортил.