– По его поводу ты уже выяснил всё, что хотел, не так ли? Только одна причина позволяет ему не бояться тебя, так что вопросы излишни. А вот у меня к тебе имеется нелишний вопрос: какого чёрта ты переводишь моей личной помощнице такие суммы денег?!
Марко молча пожал плечами, и все дружно развернулись к Элен, замершей у входа в вестибюль, а она развернулась к Шону:
– Кляузничаем, капитан?
– Никогда не занимался доносительством, – отрезал тот, гневно зыркнув и грозно складывая руки на груди.
Его друг из высших инкубов отразил его позу, как в зеркале, подступив к Элен с другой стороны, и прошипел почище разозлённого василиска:
– Сторонние переводы крупных сумм на личные счета сотрудников отслеживает служба безопасности центра: для выявления случаев возможного шантажа и другого злоупотребления закрытой информацией клиентов.
– Никаких объяснений! Дела моих клиентов строго конфиденциальны и разглашению не подлежат – такой пункт тоже есть в моём контракте биофизика.
– А как же: вечером ты отказалась пойти со мной на свидание! Не могу не заметить: если бы согласилась, то не провела бы всю ночь в полицейском отделении.
На шутовство вампира никто и ухом не повёл, Шон и Эрл продолжали сверлить её настойчивыми взглядами. Инкуб чуть прищурился и сказал:
– Конфиденциальность – это правильно, расскажешь мне обо всём за закрытыми дверьми рабочего кабинета.
– Извини, шеф, не расскажу, – твёрдо отказалась Элен.
– Что значит «не расскажу»?! Ты – моя личная помощница, между нами нет секретов, мои клиенты дают согласие на твою информированность об их проблемах! – возмутился Эрл.
– Именно, что твои клиенты соглашаются на осведомлённость твоей помощницы. Но ты-то – не мой помощник, шеф! Клиенты биофизика не подписывают согласие на твоё знание их дел!
К перепалке, не скрываясь, прислушивались все окружающие. Финальную реплику Элен встретили смешками и сдавленными покашливаниями, Шон тоже поперхнулся и восхищённо прицокнул языком:
– Ловко!
Карие глаза демона почернели до цвета ночной мглы, но Элен не сдалась.