Бабушка на прощанье окинула Элен строгим взором и спросила, будет ли она свободна сегодня вечером.
– Да, по субботам и воскресеньям я не работаю. Мой номер телефона...
– Я его знаю. Позвоню, – коротко кивнула женщина, лишь отдалённо напоминающая ту бабушку, которую она помнила. На фотографии было заметно её сходство с матерью Элен, но в жизни оно гораздо меньше бросалось в глаза.
Последними уехали Шон и Денни. Хорошо жить среди Иных: после ухода двух десятков людей в доме царила идеальная чистота.
– Отвези меня домой.
– Так и знал! – с чувством воскликнул демон и с коварной усмешкой уточнил: – Феньку с Филимоном с собой заберёшь?
Как и ожидалось, команду «Быстро иди ко мне!» кошка выполнила с эффективностью пятьдесят процентов, то есть наполовину: она быстро пошла. Смотря, как питомица удирает на второй этаж, Элен развела руками:
– Извини, фамильяров заберу позже.
– Тебе же надо вещи собрать...
– Я еду домой, а не в командировку. Я всё заберу позже.
«Когда ты перестанешь смотреть на меня так, как сейчас...»
Готова ли она годами быть классической возлюбленной инкуба, которой восхищаются издалека? Которую ревнуют и вроде как любят, но в итоге не помешают ей выйти замуж за другого? Пожалуй, нет.
– Заеду к тебе завтра, – тихо и решительно сказала Элен.
Глава 35, о преходящем и вечном
Когда Иные не притворяются людьми, они перемещаются поразительно быстро. Перед Элен чередой пронеслись городские огни, само собой распахнулось окно её квартиры и захлопнулось, пропустив хозяйку и её необычного гостя.
– Спокойной ночи желать поздновато, но я наложу на стены звукозаглушающее заклинание, чтобы шум улиц не разбудил тебя раньше обеда, – пообещал Эрл, не спеша выпускать её из крепких объятий.
– Наложи, – согласилась она, нежно прикасаясь к лицу своего демона, ласково проводя пальчиками по его скулам, идеально ровному носу, бровям, очерчивая линию губ. Дыхание инкуба сбилось, глаза замерцали, аромат морского бриза и сандала поплыл по комнате.
– Ты играешь с огнём, – хрипло предостерёгли её.
– Я не играю, – беспечно возразила Элен и приникла к близким губам жарким поцелуем.