И принялся лихорадочно размышлять над тем, что же теперь делать? При этом в голове надоедливо щелкал воображаемый таймер, напоминая, что у него до момента атаки осталось не более пары минут. Заранее было решено окружить и атаковать кровавых колдунов перед тем, как они разделятся на отдельные отряды, чтобы начать штурмовать лагерь военнопленных. Сил у Манивальда было с собой ненамного больше, чем у кровавых колдунов, всего чуть больше двух тысяч воинов, так что шанс на успешное окружение был только с самого начала, за отдельными отрядами его воины бы уже не угнались.
Наконец, за полминуты до момента, когда ему нужно было отдать команду о начале атаки, Манивальд решился, и написал приказ в групповом чате:
– Дьявола игнорируем. Нам его не завалить, нечего тратить зря силы и нести потери. Валите, рубите и сжигайте всех, кто с ним, и отходит от него подальше. При приближении дьявола бегите от него, и атакуйте кровавых колдунов в другом месте. Перебьем кровавых колдунов как можно больше, если дьявол начнет наносить неприемлемый ущерб, дам сигнал, по которому тут же все свалим.
Немножко позорное указание, и ни один лидер не любит отдавать такие приказы. Но Манивальд понимал, что лидерство – это больше, чем величаво позируя с поднятым мечом, посылать бойцов в смертельную для них атаку. Это еще и ответственность за то, какой будет результат этой атаки. Впервые с момента, когда он узнал про появление дьявола, он порадовался тому, что дьявол попался именно его отряду, а не второму отряду его клана, командование которым он поручил Иргмгарду.
Глава 20
Реванш
Трой, Бантоса
Блин, прямая атака без подготовки – это чрезмерно рискованно, не для того я освобождал узников, чтобы тут же потерять их в неравной схватке! Да и не хочется подвергать опасности Адельхейд, Ликвола и других своих друзей. И вот как нейтрализовать влияние на меня Перфундара? Как я не думал, один только способ пришел мне в голову, как уклониться от выполнения прямого приказа – убить короля прямо на месте.
С другой стороны, эпизод с моментальной сдачей охранников в плен заставлял задуматься.