Кровник (пенталогия)

Слева из осыпавшегося окна бестолково лез один, хрипло крича от боли, — контужен, двери открыть не сообразил, для боевого применения не годен.

Дозор признаков жизни не подавал. Остальные быстро выскакивали из машин, интуитивно угадывая у дороги наиболее удобные места, занимали позиции, озираясь по сторонам. Ответного огня пока никто не вел: бестолковая первая минута, даже для опытного воина. Нужно в первую очередь укрыться, несколько секунд, прийти в себя, осмотреться, обнаружить врага, в большинстве случаев, поменять позицию на более удобную.

А уже потом, огонь.

Из шедшего третьим в колонне джипа на левую сторону выскочили пятеро: двое камуфляжных с автоматами и трое штатских без оружия.

— Ага! — обрадованно шмыгнул носом наблюдавший за действом в бинокль Антон, узнал в одном из камуфляжных старого знакомого, Беслана Сатуева. — Здорово, братан! Давно не виделись!

Схватив одного из штатских под локти, камуфляжные буквально волоком потащили его в ближайшую выемку, прикрытую справа небольшим бугорком.

Утрамбовали штатского, прикрыли спинами, ощетинились стволами в сторону плюющегося огнем склона. Двое других штатских, брошенные на произвол судьбы, остались лежать у джипа, прикрыв головы руками и не решаясь что-либо предпринять.

— Какой же ты все-таки умный, дядя Толя, — пробормотал Антон, толкая локтем наблюдающего в прицел «ВСК-94» Мо. — Двое в штатском, у джипа. В голову не надо, публика не поймет.

— Есть, командир, — процедил сквозь зубы Мо, он уже и так прицелился, командир помешал сделать первый выстрел.

 — Толкать не надо, работаю.

Шлеп! Шлеп! Два тихих шлепка с интервалом в пять секунд, совершенно неразличимые на фоне пулеметного грохота и первых сухих очередей из автоматов успевших изготовиться «духов». Два тела у джипа так и остались лежать неподвижно, только ногами коротенько вздрыгнули, выбивая конвульсивную дробь.

Близко расположенные Беслан с водилой, прикрывавшие эмиссара, на умерщвление штатских не обратили внимания: заняты были. Беслан что-то кричал в рацию, оглядываясь в хвост колонны, водила в буквальном смысле лежал на арабе, напряженно впившись взглядом в позицию на склоне.

Ай, как обидно! Цель видишь, а стрелять нельзя. Опекаемый тут, нельзя вызывать раздражение противника.

— Готово, командир, — флегматично доложил Мо, вытирая тыльной стороной ладони вспотевший лоб. — Контроль?

— Контроль, — бросил Антон, наблюдая за телами в бинокль. — Два и один.

Мо вновь прицелился, произвел с небольшим интервалом три выстрела.