За время, требующееся для такой прогулки, меня элементарно могли бы обнаружить те же самые сторожа, постоянно сидевшие за столом во дворе, или соседи.
Конечно, я мог бы нагло постучаться в усадьбу, придумать какую-нибудь правдоподобную отмазку и, улучив момент, быстро и тихо ухайдокать сторожей, а затем произвести ревизию второго двора. Но в длинном доме, помимо моей жены, могут проживать другие женщины — пленницы Вахида. Еще неизвестно, как этот гарем отреагирует на внезапное появление чужака. Очень может быть, что они подымут невообразимый крик, который привлечет внимание соседей.
И последнее. Незаметно вывести жену из села у меня не получится. Это вне всякого сомнения. В какую бы сторону мы ни направились, нас обязательно кто-нибудь из селян рано или поздно обнаружит. И это очень быстро станет достоянием Вахида.
Нет, такой вариант явно не годился — многочисленные «если» сводили на нет и без того ничтожно малый процент успеха.
Для того чтобы незаметно пробраться в усадьбу и в то же время не шарить вслепую на незнакомой территории, по которой гуляют вооруженные мужики, мне необходимо было дождаться, когда наступят сумерки.
В режиме «сумерки» я чувствую себя как рыба в воде. Поэтому стараюсь наиболее сложную часть своей работы выполнять именно в это время суток.
Обстоятельства вполне благоприятствовали, ничто не мешало мне дождаться сумерек и заняться делом.
Значит, мне придется очень тихо убить пятерых боевиков в первом дворе, аккуратно забраться во второй двор, укокошить Вахида и, нейтрализовав гарем, забрать свою жену. Всего-то делов…
В 20.