А может, маскируется, сволочь? Не желает, чтобы о его доходах ходила молва? Так ведь одинокий как перст — судя по информации «члена» — и пожилой уже, куда, на хер, маскироваться?! Живи себе широко, средства позволяют, все равно скоро умрешь! Чем по 10 «лимонов» в казино просаживать, лучше бы порядок навел во дворе…
До оговоренного с водилой срока я в корзине не досидел: мне вполне хватило и пяти минут, чтобы в деталях изучить особенности расположения усадьбы и заочно познакомиться с владельцем — седовласым толстым мужичком с бакенбардами, облаченным в козью душегрейку, который слонялся по двору и играл с двумя здоровенными и, по всей видимости, чрезвычайно тупыми датскими догами пегого окраса.
Добравшись до центра, я рассчитался с водилой аварийного «ЗИЛа» и, прошвырнувшись по рынку, приобрел себе для дела: большую дорожную сумку с плечевым ремнем; баул поменьше, но тоже с ремнем; литровую банку липового меда; два метра резинки для трусов; резиновые сапоги с рифлеными подошвами на четыре номера больше моего размера; три метра холста и батон докторской колбасы.
Затем я отправился домой, пообедал чем Бог послал, починил слегка расшатанную приставную лестницу, без дела валявшуюся в сарае, и целый час ловил на пустыре двух бездомных кошек, которые — скоты зажравшиеся! — отчего-то никак не хотели польститься на мою колбасу, ради них купленную. Этот пункт неожиданно оказался самым сложным и трудоемким в деле подготовки к предстоящей операции: я чуть было не сломал себе ногу и обзавелся десятком глубоких царапин на руках, гоняясь по пустырю за этими своенравными исчадиями преисподней.
К моменту, когда кошки наконец-то были пойманы и помещены в большую сумку, на город опустились сумерки — мое любимое время, наиболее эффективное для боевой работы. В этот раз, однако, мне была необходима темная ночь, а потому я еще около часа развлекался во дворе дома Жанны Христофоровны, оттачивая искусство преодоления забора с помощью приставной лестницы.
Дождавшись, когда стало достаточно темно, я прикрепил к кошачьим хвостам с помощью резинок от трусов консервные банки, прихватил всю необходимую для дела экипировку, и, взвалив на плечо лестницу, отправился в путь пешим порядком — сами понимаете, с лестницей меня в такси не посадили бы.
Спустя пятьдесят минут я благополучно добрался до дома № 70 по улице Луначарского.