Этот дым перемешивается с хлорацетофеноном, и в результате образуется адский состав, которым, естественно, дышать невозможно.
Навстречу мне из боковой двери кто-то ползет без противогаза, с закрытым тряпкой лицом, волоча за собой автомат. Молодец — оружие не бросил! Пнув его в бок, я срываю с лица маску и пытаюсь произвести идентификацию личности ползуна с физиономией главаря коридорной группировки, прочно засевшей в зрительной памяти. Это довольно проблематично — лицо распухло до безобразия. Вспоминаю приметы — у Лабаза справа в верхнем зубном ряду золотая коронка и Г-образный шрам на переносице.
В разных уголках дома периодически раздаются автоматные очереди. Соратники добивают деморализованного врага и по ходу дела ищут Лабаза. Именно в такой последовательности, а не наоборот: основная задача — уничтожить группировку. Ну, а если получится — захватить главаря живьем…
Спустя сорок секунд стрельба смолкает.
Вот Барин — показывает один палец. Север — тоже один. Джо и Мент тычут мне четыре пальца, и я не могу сообразить: то ли каждый завалил четверых, то ли по двое на брата."
"Сало и Винт ничего не показывают — они тащат за ноги здоровенного детину, кряхтя от натуги через мембраны противогазов.
Голова у детины в крови и правая штанина — тоже.
— Ну че вы тама застряли! Сваливать надо! — нетерпеливо кричит Клоп, заглядывая во двор. Все это время он на втором «Чероки» дежурил на «стреме».
— По местам! — командую я.
Спустя тридцать секунд мы в составе двух джипов во все лопатки улепетываем на базу.
— Быстрее работайте! Движение к вашему участку началось! — торопит из радиостанции встревоженный голос полковника.
— Уже все, — буднично отвечаю я. — Закатку закончили. Экспедитора забрали. Выдвигаемся в хозяйство.
— Пять баллов! — кричит полковник. — Пять баллов… Я сейчас тоже буду, — и отключается.
Спустя полчаса мы вводим слезоточивого Лабаза в гостиную дома полковника. Все сияют, как пожарная каска.