Выслушав полковника, он тяжело вздохнул:
– У нас столько исследований, что головы поднять некогда. Все авиационные катастрофы через генетическую экспертизу проходят. Не знаю даже, как вам помочь… Мне каждый день звонят полковники, бывает, и генералы, все просят помочь, ускорить, а где людей взять? В центре штатных единиц не хватает…
– У меня особая ситуация! И особые полномочия! – Нижегородцев протянул письмо со свежей подписью.
Главный генетик внимательно прочел, еще раз глубоко вздохнул, развел руками и нажал кнопку многоканального телефона:
– Инна Борисовна, зайдите, пожалуйста, ко мне!
В кабинет вошла стройная девушка лет тридцати, в очках, которые ее отнюдь не портили.
– Это наш ведущий специалист, – представил главный генетик. – Инна Борисовна, нужно помочь товарищам из органов.
Кабинет ведущего специалиста лоснился стерильностью. Нижегородцев почувствовал себя, как медведь, забравшийся в улей – с одной стороны, вроде бы вот он – мед, а с другой, как-то не комфортно – вот сейчас ужалят… И вообще, разве можно так оголять ноги? Тем более красивые ноги?
– Присаживайтесь, Анатолий Сергеевич, – Инна Борисовна указала на стул.
– «Заря» перед лицом взорвалась… Сейчас уже получше…
– Какая заря? Хоть заря, хоть закат, разве они могут взрываться?
– Закат – не знаю, а «Заря» может.
– И какая связь между этим взрывом и моими ногами? – уточнила ведущий специалист.
– Никакой. Просто ноги красивые, – честно ответил Вампир.
– Спасибо, – улыбнулась Инна Борисовна, блеснув ослепительно-белыми, как в рекламе, зубами. – А чем они могут помочь органам? Я имею в виду, государственным органам?
Нижегородцев перешел на серьезный тон.
– У нас есть труп преступника. Отпечатки пальцев не сохранились. Как можно установить его личность?
– Мы именно этим и занимаемся: неопознанные трупы, сожженные останки и т. д., и т. п.
Инна Борисовна перестала улыбаться и уже не походила на девушку из рекламы. Чувствовалось, что она немало повидала такого, на что рекламным девушкам смотреть не рекомендуется.