Ствол обратился к Умамат, но она, зажав двумя руками рот и не издав ни звука, спасла себе жизнь.
Оставив секретаршу под контролем вошедших с автоматами наизготовку Бейбута и Аваза, Оловянный распахнул дверь кабинета, откуда слышался громкий разговор.
– Оловянный хочет сто тонн баксов в месяц! – взволнованно говорил директор рынка Дибир. Он сидел за приставным столиком, на стуле для посетителей, спиной к двери, розовый цвет бритого затылка свидетельствовал о хорошем здоровье и высоком жизненном тонусе. – Вчера был последний срок! Это очень опасный человек, с ним лучше не шутить!
– Он много на себя берет! – Ризван был в ярости.
Ризван Рахманов имел прозвище «Купец». Сам бывший борец, он заметно располнел, приобрел изрядный живот и вальяжные манеры. Сейчас он уверенно расположился за офисным столом, в мягком глубоком кресле Дибира и от полноты чувств, после каждой фразы, пристукивал кулаком по полированной столешнице, как бы вбивая ее в сознание собеседника.
– Это же твоя проблема, Дибир, ты директор! Нормально делай – нормально будет!
Купец был в черном костюме с отливом, ворот белой рубашки расстегнут, открывая волосатую грудь и массивную золотую цепь, а из нагрудного кармана торчал позолоченный «Паркер».
Приподнятый в очередной раз кулак так и не опустился: Ризван окаменел, глядя на стремительно вошедшего худощавого парня в нелепом сине-зеленом спортивном костюме и… с огромным золотым пистолетом в правой руке! Нет! Нет!! Такого просто не могло быть!!!
В три шага Оловянный подошел к столу, глушитель почти уперся в розовый затылок Дибира, и тут же раздался негромкий хлопок.
Второй хлопок – и пуля вошла Ризвану в вогнутую переносицу. В контрольных выстрелах нет нужды – даже на первый взгляд видно, что Ризван и Дибир уже на пути к Аллаху. Или шайтану…
Не удержавшись, Руслан заглянул под стол. Да, точно, Ризван был в лаковых туфлях.