В гостинице мы нашли магазин, торгующий одеждой. Ирэн выбрала себе серые брючки для активного отдыха и терракотовую футболку без рукавов, но с капюшоном. Пока я рассматривал и мусолил летний пуловер, похожий на рыболовецкую сеть, Ирэн набрала в охапку дюжину мужских джемперов, джинсов и футболок и вместе со всем этим добром отправила меня в примерочную. Я положился на ее вкус и оказался в голубых классических джинсах и светлой льняной рубашке с короткими рукавами, которые ненавязчиво прикрывали намотанный на рану бинт.
– Ваши паспорта, – попросила администратор гостиницы, когда мы поинтересовались наличием свободных мест, и со шлепком положила на стойку две «Анкеты гостя». – Заполняйте! Обязательно указать гражданство, прописку и цель приезда.
Мы с Ирэн переглянулись, взяли со стойки анкеты и вышли на улицу. Анкеты вместе с объемным пакетом, набитым нашей старой одеждой, я затолкал в мусорную урну. Ирэн минуту постояла перед урной, словно рядом с могилой, где была похоронена ее прежняя беззаботная жизнь, вздохнула и произнесла:
– Ума не приложу, на кой ляд ей сдалась цель нашего приезда? Она думает, что я напишу правду? «Хочу поселиться в вашей гостинице с целью скрыться от преследующей меня милиции во главе со следователем Мухиной…»
Мы медленно шли по темным незнакомым улицам.
– Наверное, в городе ввели план «Перехват», – произнесла она. – Наши портреты висят во всех отделениях милиции. Нас ищут с собаками, с использованием вертолетов и подводных катеров.
Я пожалел, что не купил Ирэн теплый свитер. А она еще выбрала себе футболку без рукавов! Как ее согреть и успокоить? Человечество не придумало более действенного и доступного способа, чем согревание женщины теплом мужского тела. Я мог обнять ее за плечи.
Мы свернули в неухоженный парк с раскисшими тропинками и ослепшими ржавыми фонарями. Здесь мы были в относительной безопасности, и не было необходимости поминутно озираться по сторонам и напрягаться, услышав чьи-то шаги. Ирэн нашла небольшую пальму, похожую на зонтик, и потянула меня под ее лохматую крону.