Ей было зябко в мокрой одежде, и даже знойное солнце не могло ее согреть.
– Будет лучше, если ты выжмешь одежду, – сказал я. – Раздевайся, я отвернусь.
Ирэн, тронутая моей пустяковой заботой, улыбнулась краем губ и с благодарностью коснулась моей руки. Я сел на борт и свесил ноги в воду. Какое, однако, неблагодарное существо человек! Как быстро он меняет ставки и ценности в жизненной иерархии! Каких-нибудь полчаса назад я был готов отдать за свою жизнь все, что было у меня за душой, а вот сейчас смотрю на свои босые ноги и жалею, что не сумел спасти кроссовки.
– Но что же все-таки это было? – спросила Ирэн из-за моей спины. Мысль о том, что убийца каким-то боком причастен к катастрофе, не давала ей покоя.
Я слышал, как шуршит одежда, как журчит вода за бортом, как Ирэн встряхивает футболку, чтобы придать ей форму после выжимки.
– Скорее всего, это просто несчастный случай, – ответил я. – Метеорологическая ракета случайно угодила в пассажирский самолет. Или же зенитчики получили информацию, что к Побережью приближается самолет-шпион, и сбили его.
Я порол чепуху, чтобы успокоить Ирэн, но она иногда была девушкой неглупой и не поверила мне.
– Учебная цель, заполненная чемоданами и куклами?
– Ну что ты гадаешь! – сердито упрекнул я. – Почему упал самолет – это не наша с тобой головная боль, Ирэн! Мы не о том должны сейчас думать!
– А о чем же?.. Можешь поворачиваться."
"– Когда нас найдут спасатели, то первый вопрос, который нам зададут, будет звучать приблизительно так: как вы оказались за пределами территориальных вод? – сказал я и перенес ноги через борт.
– Что же нам делать?
– Во-первых, представиться под другими фамилиями. Мы туристы из какой-нибудь малоизвестной страны.
– Но как мы объясним, куда подевалась яхта?
– Скажем, что на нее рухнул самолет, и яхта пошла ко дну, причем с нашими паспортами. Капитан, как положено, последним покинул борт и погиб. А нам удалось спастись.