– Что? – спросил министр у человека, понимая, что без приглашения зайти сюда можно было лишь по причине, из ряда вон выходящей.
Человек поднял кусок металла и обвел пальцем отверстие.
– Это пробоина от стального шарика диаметром два сантиметра, какие обычно используются в качестве начинки для ракет класса «земля—воздух», – доложил он.
Министр пытливо взглянул в глаза генерала. Тот взял обломок, покрутил его в нервных пальцах и пожал плечами.
– Невероятно… – пробормотал он, не в силах поднять глаза. – Просто невероятно… Но это мог быть шарик от обыкновенного подшипника, которых в узлах и агрегатах самолета сотни!
– Не рассказывайте нам сказки, генерал! – жестким голосом ответил министр.
Министр замолчал, полагая, что он поставил точку в расследовании инцидента, и в сопровождении клерков быстрыми шагами направился к выходу из каюты.
Генерал, насупив брови, снова повернулся ко мне. Не исключая, что он сейчас кинется на меня, я на всякий случай сжал кулаки.
– Вы понимаете, что это невозможно? – устало и обреченно произнес он. – Даже если предположить ошибку в определении цели, то все равно наши ракеты не могли долететь до этого места. Еще на полпути у них бы закончилось топливо.
Я смотрел на него с сочувствием. Генерал в какой-то степени был моей родственной душой.
Наверное, генерал по моим глазам догадался, о чем я думаю. Он скорбно и с пониманием кивнул, вздохнул и пошел к выходу.
Я провожал глазами мундиры, которые толпились у двери, с нетерпением ожидая, когда мы с Ирэн останемся наедине и сможем обсудить наши действия в перспективе. Но тут вдруг моя компаньонка проявила инициативу.
– Генерал, не могли бы вы задержаться? – звонко сказала она.