Что он только что сказал? Будет рядом? Со мной? Почему не послал куда подальше, ведь именно так должны поступать оскорбленные мужчины. Сегодня просто день открытий для меня. Пытаясь справиться с удивлением быстро проговариваю, что мне нужно в дамскую комнату и буквально бегу по залу в уборную. Закрываюсь на щеколду, умываю лицо ледяной водой и достаю из сумочки жужжащий телефон."
"На дисплее номер Воронова, которого вот прямо сейчас я вообще не хочу слышать. Отбиваюсь, бросаю телефон назад в сумочку и вытираю лицо салфетками, а спустя пять минут выхожу из дамской комнаты плавной уверенной походкой.
Ужин заканчивается на странной ноте — я так и не определилась, что буду делать дальше со своей жизнью, зато Андрей уже построил планы на следующее лето и выбрал страну, в которую мы полетим отдыхать.
Домой возвращаюсь уставшая. Поднимаюсь в лифте на свой этаж, и едва двери открываются, я дергаюсь от испуга, потому что прямо передо мной стоит разъяренный Воронов собственной персоной.
— Ты совсем придурок? Нельзя так пугать людей, — хватаюсь за сердце и потом чуть строже добавляю.
— Прости, Федотова, — он вытаскивает меня за локоть из кабины лифта, отбирает ключи от квартиры и открывает замок самостоятельно.
Пропускает меня вперед, заходит следом и с грохотом закрывает металлические двери, которые отдаются эхом на весь подъезд.
— Надо поговорить, — коротко резюмирует, проворачивает замок на три оборота, словно кто-то нам сможет помешать и по-хозяйски проходит в квартиру.
Глава 10
— Надо поговорить, — коротко резюмирует, проворачивает замок на три оборота, словно кто-то нам сможет помешать и по-хозяйски проходит в квартиру.
Мы садимся на одном большом диване по разные стороны. В воздухе витает наше нервное напряжение, злость Воронова и мое негодование. Я смотрю на Даню выжидающе, испытывающее. Он на меня с каплей злости, будто бы это мои яйцеклетки напали на его сперматозоиды и силой затащили в матку.
Даня вальяжно восседает на диване — в черной футболке и светлых джинсах.