Достаю сигарету и делаю глубокую затяжку. Успокаиваю себя тем, что Федотова атомная бомба — не тронь, а то может рвануть в любой момент. На нее не стоит злиться, но успокоиться у меня получается только с затяжкой второй сигареты подряд.
Когда слышу за спиной шорох, не сразу понимаю, что это Диана. Она крадется в мою сторону медленными тихими шагами, и я отправляю сигарету в урну щелчком пальцев.
— Прости, Данька, — она обвивает мою талию руками, а я продолжаю стоять, как истукан не зная как себя вести дальше.
— Не переживай, Ди, я буду отпускать тебя на свидания чаще, чем ты можешь себе представить, — успокаиваю подругу, обнимаю ее за плечи и впервые осознаю всю абсурдность ситуации.
А может, я просто впервые понимаю, что ни на какие свидания отпускать ее больше не хочу?
Глава 19
Диана.
— Ты уверен, что записал меня к Жуковой на девять? — спрашиваю у Дани, когда мы останавливаемся на парковке возле клинического госпиталя «Мать и дитя»."
"Даня листает что-то на телефоне и заверяет меня — все верно, прием у доктора ровно в девять. Последний прием и УЗИ перед днем Икс. Воронов специально отложил все свои дела, чтобы обсудить детали предстоящих родов с акушером-гинекологом и запомнить то, что не упомнит мой беременный мозг.
Спустя десять минут я лежу на кушетке и содрогаюсь от холода, когда на мой живот попадает гель для ультразвукового исследования. Воронов незаметно берет меня за руку и переплетает наши пальцы в плотный замок. Хороший у меня друг — самый лучший. И отцом он будет отличным.
— Только пол не говорите! — вскрикиваю я, когда Жукова показывает нам лицо, животик, ручки, ножки и пальчики нашего ребенка.
Доктор понятливо кивает, шутливо прикусывает язык и не упоминает о том, кто сидит в моем животе.
— По УЗИ никаких отклонений нет. Есть однократное обвитие пуповиной, но это совершенно не проблема. Я буду помнить об этом, и контролировать в процессе родов. Когда головка ребенка покажется на свет — тут же сниму петлю.
Меня впервые окутывает паника, но не за себя, а за ребенка. Сейчас, когда мне сказали про обвитие, на ум сразу же пришло самое страшное — ребенок может задохнуться во время родов.