Или взросления? Она уже сама запуталась."
"Сглотнув, Уитни вздернула подбородок к верху и, как можно строже, произнесла:
— Что Вы себе позволяете? Немедленно отпустите меня!
— Нет.
Одно слово, а эффект огромный!
Уитни растерялась, и липкая паника сковала сначала ноги, а потом стремительно овладела телом и разумом. Никогда ранее девушке не приходилось сталкиваться с открытым пренебрежением нравственных норм и физической грубостью.
И что делать дальше?
— Ты красивая. Очень.
Слова, произнесенные хриплым голосом, заставили Уитни вздрогнуть.
И что делать? Всемилостливая, помоги!
Уитни снова дернула руку.
— Отпустите.
Безрезультатно. Лишь дыхание зарвавшегося юнца участилось, да верхняя губа заметно приподнялась, обнажая удлинившиеся клыки.
Уитни смотрела на него, чуть прищурив глаза. Нельзя выказывать страх, ни в коем случае. Уитни верила в свою счастливую звезду! Она не может стать жертвой случайного нападения! Не может…
Но цепкая рука юнца, сковавшая её кисть, говорила об обратном.
— Не… могу.
С молодого человека слетела маска вежливости. Он часто прерывисто дышал, его лицо то и дело искажала боль, глаза лихорадочно блестели кровавым заревом. Свет от фонарей искажал тени деревьев, и они рисовали на его бледной коже замысловатые рисунки, вкупе добавляющие ему мистической жути.
Уитни понимала — ей не вырваться. Вампиры сильнее людей многократно.
— Послушайте меня, молодой человек, — начала Уитни порывисто, забыв про первоначально выбранный холодный тон. — Вы совершаете чудовищную ошибку. Я вижу, что с Вами происходит… Вы голодны… Вы испытываете жажду определенного рода… И вышли в парк в надежде утолить её! Но Ваши действия… они незаконны! Они повлекут за собой разрушительные последствия! Если Вы убьете меня, осушите, то… Ваша семья! Подумайте о них! Они пострадают и…
Ей договорить не позволили.
Уитни задохнулась, окончательно растерявшись.
— Я…не собираюсь Вас осушать, — вампиреныш говорил с трудом.