Создавалось впечатление, что она попала в другой мир, и с этим таинственным мужчиной её связывают отношения, меньше всего относящиеся к дружеским. И его глаза… Черный омут, да и только.
— Наслаждение — это хорошо, — она заставила себя оторваться от его лица и остановила взгляд в области мускулистой шеи. Безопаснее. — Потому что сейчас мне немного… дискомфортно. И я была бы Вам благодарна, если бы Вы… слезли с меня.
Не учтиво, зато правдиво.
Полноватые губы, что ещё хранили вкус её губ, растянулись в ленивой, сытой, улыбке.
— Я сейчас выйду.
Их слова звучали предельно откровенно, что не могло не шокировать Уитни. Но она говорила себе — так надо. И, наверное, подобные диалоги естественны между любовниками.
Когда Киан оставил её тело, Уитни приглушенно охнула и невольно схватилась за низ живота. Поморщившись, попыталась сесть. Не позволили. Большая теплая ладонь накрыла её руку сверху.
— Тихо. Не двигайся.
Интонация вроде бы и была мягкой, успокаивающей, но Уитни отчетливо расслышала властные нотки.
Так-с… Господин зазнайка возвращается?
Спорить Уитни не стала. Она находилась не в том физическом и эмоциональном состоянии. В голове стоял легкий туман, мешавший адекватно воспринимать ситуацию и, соответственно, должным образом реагировать.
Да и спорить не хотелось. Ведь, если разобраться, лёжа, она чувствовала себя значительно лучше.
Поэтому, ничего не сказав, лишь послав в сторону мужчины возмущенный взгляд, который он успешно проигнорировал, снова откинулась на подушку.
— Вот так-то лучше.
А сейчас ей тоже послышалось удовлетворенность в его голосе?
У кровати Киан задержался недолго. Удостоверившись, что девушка исполнила его указание, направился к трюмо, на котором предварительно оставил бутыль с изысканным красным вином. Наливая бордовую жидкость в высокий бокал, вернулся к кровати.
Хорошо, что девушка на него не смотрела.
Очень хорошо…
Он не хотел испугать её ещё больше.
— Выпей.
Уитни открыла глаза и нахмурилась.
— Вино? Не хочу.
— Пей, — рыкнул и всучил ей в руку бокал. Девушка, намереваясь возразить, уже открыла рот, но он её опередил: — Или пьешь сама или вино вливаю в тебя я. Выбирай.
Уитни, после подобных слов, надлежало возмутиться. Она, по первости, хотела, а потом подумала — надо ли… Повертела в руках бокал, наполненный до самых краёв. Поднесла к губам и сделала несколько глотков. И сразу же почувствовала, как по телу приятно растекается тепло.