— Что за отбросы? — заинтересовалась женщина, вычленив из монолога отца новую информацию и гадая, есть ли хотя бы крошечный шанс, что эта глупая спасательная миссия по поискам нигана Шора-младшего увенчается успехом.
— Не важно. Но среди них обнаружился Этис Нор, — выплюнул дайнагон Тамри.
Урла хмыкнула.
— Ты из-за этого так злишься? Еще один твой враг снова выплыл из небытия и может вернуться из Моргиана победителем? Реабилитироваться за счет спасения Грегора?
Отец исподлобья уставился на дочь, и тирианка сразу же прикусила язык, потому что нечаянно известила дайнагона Тамри о своей чрезмерной осведомленности некоторыми его темными делишками, о которых не должна была вроде бы даже подозревать.
Зря она это сделала. Ох, зря.
Когда-то Димир Тамри помог своему приятелю-дайнагону, чей сын совершил непростительную ошибку во время торговой миссии в Икелан, заткнуть нежелательного свидетеля, который знал правду о чуть не случившемся во время того полета преступлении.
История оказалась очень нехорошей, даже мерзкой, и если бы Урла когда-то не подслушала некий крайне интересный разговор со его подельником, то и не узнала бы подробностей, считая Этиса Нора виновным в приписанных ему злодеяниях.
Один довольно испорченный властью и ощущением своей исключительности по меркам тирианских мужчин дайнагон, сынок папиного друга, которого поставили торговым представителем миссии, увлекся какой-то местной икеланской не-неей, то есть леей.
Госпожу Сорен всегда удивляло, что в тирианском языке есть специальное обозначение для подобных особей женского пола, не имеющих энергоисточник, хотя она знала, что все тирианки являются неями по умолчанию.
Зачем тогда изобретать слово для явления, которого в Тирии нет?"
"Таким образом Урла, кстати, узнала, что и подобные недоженщины в галактике Андромеды существуют, и мужчины Тирии даже могут с ними спать и иметь краткосрочные отношения, но никак не построить семьи или зачать ребенка.
Видимо, только на удовлетворение плотских мужских потребностей те женщины и годны.
В общем, молодой и уверенный в своей безнаказанности дайнагон захотел для разнообразия поразвлечься с икеланкой, применяя для склонения ее к близости (она посмела отказать ему, представляете?) силу своего тира, что противоречило любым законам Тирии и в отношении женщин любой разумной расы, и в отношении демонстрации способностей, которыми обладают тирианцы.