Вот у Сергея Сергеевича из кооперации сын Валя и дочка – тоже Валя. А здесь, значит, Женька и Женька. Сын, правда, с плохой компанией связался, воровать начал. Хорошо, перепил отравы какой-то да и помер…
– Хорошо? – поразилась я. – Чего же тут хорошего?
– Так если бы не помер, его посадить могли. С плохой компанией связался, а все почему?
– Почему?
– Потому что без отца рос! Как муж Люсин пропал, так Женька и пошел по кривой дорожке!
Я насторожилась. Человек по фамилии Михалев пропал… Это согласуется с рассказом юродивого Вити!
– А мужа Люсиного, случайно, не Коля звали? – уточнила я на всякий случай.
– Коля, Коля! – Тетя Липа закивала, как китайский болванчик, и вдруг насторожилась: – А ты откуда его знаешь?
– Да я его не знаю, так, слышала что-то.
– Слышала? – Тетя Липа подозрительно взглянула на меня. – От кого это ты слышала? А ты, случайно, не Веркина ли дочка?
– Нет, конечно, – честно ответила я. – А кто такая Верка?
– А это буфетчица из «Улыбки», она там раньше работала, до Любы, которая племянница тети Клавы со станции…
– Это которая там сейчас?"
"– Э, да что ты, девонька! Эта, Оксана, она тут только три года, из Саратова приехала.
– Точно, я про нее никогда даже не слышала. – Я попыталась вернуть разговор к интересующей меня теме: – Вы говорили, что Коля Михалев пропал…
– Пропал, пропал! – Тетя Липа снова закивала. – Ушел из дому и не вернулся.
– Ушел и не вернулся? Как же так?
– А вот так, девонька! – Тетя Липа развела руками. – Кто-то говорил, что он в тот день зарплату получил и с какими-то городскими пошел выпить. Кто-то – что он на Север завербовался, а только почему тогда теплых вещей не взял? А Порфирий Степаныч, тот вовсе говорил, что его эти… инопланетяне похитили на своей тарелке. Только кто же Порфирию Степановичу поверит! А я так думаю, что он с Веркой-буфетчицей сбежал, которая в «Улыбке».
– А что, она тоже пропала?
– Да нет, она за месяц до того в Нальчик уехала. Так, может, Коля к ней в Нальчик и сбежал, от двоих-то детей. Тогда понятно, что он теплых вещей не взял, в Нальчике они без надобности. И то сказать – у Люси характер не сахар, тяжелый…
– И что – больше про Колю никто ничего не слышал?
– Ну Порфирий Степанович говорил, будто встретил его в Новоржеве, когда туда ездил.