Что за черт?
Неужели пока я ходила в бассейн, кто-то успел поменять замок?
Да нет, это нереально – слишком быстро, а главное – замок стоит денег, а никто из моих замечательных соседей не раскошелится ради квартиры…
И тут я вспомнила, что у нас на двери, кроме обычного замка, есть еще здоровенный чугунный крюк, которому не меньше ста лет. Правда, им почти никогда не пользуются – только пару раз Пульхерия Львовна накидывала этот крюк во время обострения своей деменции. Неужели она снова взялась за свое?
Я позвонила в ее звонок без надежды на успех – старуха, кроме того, что находится в глубоком маразме, еще и глухая, как пень.
Подождав пару минут, я разозлилась – что такое, в самом деле! Не могу попасть в собственную комнату! – позвонила во все звонки.
На этот раз эффект был. Не прошло и минуты, как из-за двери донесся злобный женский голос:
– Проваливай, козлина! Я же сказала, что на порог тебя больше не пущу!
Все ясно. Галка опять выгнала Михаила.
– Галь, – проговорила я миролюбивым, сочувственным тоном, – открой, это я, Жанна!
– Ты? Правда? – Теперь в голосе за дверью прозвучали виноватые нотки.
– Ну конечно, одна!
За дверью брякнуло, и она открылась.
На пороге стояла бледная молодая женщина в тренировочном костюме. Под глазом у нее пылал свежий синяк.
– Извини, что я дверь заперла, – проговорила Галина, отступая в сторону. – Я ему сказала, чтобы ключ отдал, а он – якобы потерял… только я ему не верю. Наверняка припрятал, козлина.
– Как же все соседи будут в квартиру попадать? Это тебе придется целый день в прихожей дежурить.
– Ничего, подежурю!
– Это он тебя так? – Я показала на синяк.
– А кто же? – Она тяжело вздохнула. – Ладно, проходи, что я тебя своими проблемами гружу…
Вся беда в том, что у Галки на редкость сволочной характер. В первое время после появления в нашей квартире Зойки, а стало быть, и Ивана Федоровича, Зойка из женской солидарности попросила его унять Мишку, когда он в пьяном виде подбил Галке глаз.
Подозреваю, что положение его пошатнулось не без Галкиной помощи. С тех пор Зойка с Галкой не разговаривают, а Иван Федорович старается с ней не встречаться. Мишка же совсем распоясался, но Галке так и надо.