На время стряхнув свою обычную сонливость, толстая валькирия размазала копьем трех самых рьяных комиссионеров, после чего вновь впала в подобие летаргического сна. Страж из Тартара, оставшийся невредимым, опять стал атаковать Ирку, как вдруг массивный булыжник врезался ему в лоб. Страж покачнулся, на миг забыв о защите. Этого оказалось довольно, чтобы Ирка, атаковав, поразила его копьем.
Оруженосец Бэтлы опустил руку с пращой.
– Не подумай чего, одиночка! Я попал нечаянно! Я вообще первый раз держу эту штуку в руках, – объяснил он Ирке.
Холеный оруженосец Радулги, прикрывавший щитом свою госпожу, захохотал:
– Я думал, он скажет, у его дедушки была на даче старая праща, из которой он метал камни в ворон.
Сражаясь укороченным копьем, Ирка бросилась в гущу боя. Дважды ее задели, но раны были неопасны. Должно быть, атаковали ее комиссионеры. Нагрудник вполне справлялся с их ударами. Вокруг были только враги. Ирка пропарывала копьем их серые плащи, размазывала глину и прорывалась дальше, сквозь строй, не давая врагу собраться для удара.
"Бой длился не больше пяти минут.
– Победа! – крикнула Ирка.
К ее удивлению, никто больше не кричал. Даже Багров с Антигоном. Фулона снисходительно посмотрела на нее.
– И это ты называешь победой?
– А как это называть? Поражением?
– Заметь, бились мы в основном с комиссионерами – жалкими кусками глины, которых можно налепить сколько угодно. Стражи исчезли к началу четвертой минуты боя. Раны, которые они получили, несущественны, поскольку их дархи в безопасности.
Ирка недоверчиво оглянулась на Бэтлу. Та, помедлив, кивнула.
– Фулона права. Это была только разведка боем. Если ты выскочила на ринг во время матча и обстреляла боксеров картофелинами, еще не значит, что ты самая крутая. Крутая ты будешь через пару минут, если выживешь... Хочешь шоколадку?
– Нет, спасибо, – отказалась Ирка.