Котелок они принесли с собой, суп из пакета оказался уже готов.
– Что скажете? – указал я на бытовку.
Лика сотворила какое-то простенькое заклинание и сморщилась при этом, словно от зубной боли, но результатом осталась довольна.
– Годится, – вынесла она вердикт и спросила: – Яна, на ночь сможешь прикрыть? Завтра дам тебе отдохнуть.
– Хорошо, – кивнула девушка. – Сделаю.
– Еще внутрь надо попасть, – хмыкнул я, подошел к двери и опустился на корточки, разглядывая массивный замок. Заодно обратил внимание на вбитый снизу гвоздь.
Взламываешь замок, распахиваешь дверь и получаешь чем-то осколочным по ногам. Зимой-то в снегу проволоку точно не заметишь.
А вот это уже не просто нехорошо, мерзко это. За такое не только окно отжать не грех, но и обитателей бытовки тут же прикопать.
Я аккуратно размотал с гвоздя проволоку и подозвал Напалма.
– Вскроешь?
– Как два пальца об асфальт! – гордо заявил пиромант.
– Осторожней! – предупредила его Вера."
"Напалм провел пальцами по железной пластине, к которой крепилась дужка замка, и сразу запахло горелым деревом. От двери потянулся легкий дымок.
– Пожар не устрой! – забеспокоился я.
Пиромант фыркнул и отступил от вагончика.
– Готово! – объявил он с гордостью и как бы ненароком вытер тыльной стороной ладони потянувшуюся из левой ноздри струйку крови.
– Умойся, – указал я на ручей.
Напалм кивнул и отошел к воде. Вера ничего не заметила.
Я загнал острие топора между железной пластиной и досками, навалился и легко отодрал запор. Гвозди просто вывалились из обуглившегося дерева.
Бездумно открывать дверь я не стал, отыскал в рюкзаке веревку, привязал ее к ручке и велел всем отойти. Отступил и сам, дернул – тишина и спокойствие.
Передав фонарь Вере, я с карабином в руке первым подошел к темному дверному проему. Девушка подсветила, но внутри не оказалось ничего кроме нар вдоль стен, печки-буржуйки и небольшой поленницы.
Наскоро проверив фургончик, я вернулся и объявил:
– Заселяйтесь.
Лучшего места в округе точно не найти. Здесь и стены крепкие, и ставни изнутри приоткрыть можно. От ночных тварей отобьемся, а единственную дорогу сюда грузовик наемников загородил.