– Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках, – покачал головой Напалм.
– Ты давай мне зубы не заговаривай, – усмехнулся я. – Че почем, хоккей с мячом?
Долговязый пиромант глянул сверху вниз и фыркнул.
– Справочная, что ли? – Он затянулся, выпустил длинную струю дыма и зашагал по тротуару.
Я нагнал и пристроился сбоку.
– Лед, ты откуда всплыл вообще? – покосился на меня Напалм. – Хотя нет, не отвечай. Не хочу знать. Говори сразу, чего надо.
– Ты в Центральный?
– Нет, в Морг.
«Моргом» в народе именовался элитный доходный дом Аарона Давидовича Гадеса, который окружил здание бывшего городского морга непроницаемым для чужаков силовым полем.
– Тогда пройдемся. – Я вытер жирные пальцы о носовой платок и надел перчатки. – По мне что-нибудь слышно?
– Никому ты никуда не уперся.
– Говорили уже, – подтвердил я. – Но почему? Что-то ведь должно было для этого измениться, так? Не с бухты-барахты нас с Ермоловым взорвать собирались, правильно?
Мы вышли на площадь Павших и зашагали вдоль ларьков. Напалм докурил сигарету до фильтра, кинул окурок под ноги и поднял воротник плаща.
– Это тебе Бореньку Хромого благодарить надо.
– А что такое?
– Накрылась его установка. Громко. Трех техников по стене размазало.
Я кивнул, принимая услышанное к сведению.
– На холостом ходу запустили, – усмехнулся Напалм, всплеснув руками. – И пуф! Все, проект закрыт. – Пиромант глянул на меня и едко добавил: – Цирк уехал, клоуны остались.
– В жопу иди, – беззлобно ругнулся я. – Поэтому Доминик с Воеводой и договорились?
– Пришлось, ага. Гадес целую неделю на радостях мне мозг не выносил.
– Слушай, а это не Гадес, случаем, меня заказал?
Напалм фыркнул:
– Лед, ты нормальный вообще? Ты на какой ответ рассчитываешь?
– Проехали, – махнул я рукой.
– Все забили давно. Мог и не прятаться. Не лезь на рожон, и все путем будет. А лучше с Домиником тему перетри. Упади ему в ноженьки да покайся…
– Да уж сам как-нибудь разберусь. Ты как? Сколько еще детей настрогал?
– Трое уже. Две девочки и мальчик.
– Ну ты монстр! – только и покачал я головой.