Хитрая, скажу я тебе, вещь. Фаренджер уже изучил ее. Как мы поняли, дверь, захлопывающая за оказавшимся внутри, активирует заклинание, и оно вызывает разрушение дома. Но мы замуровали выход и этим действовали противнику на руку. Эдгар мог остаться под завалом. Натан вытащил его в последний момент ценой своей жизни.
— Это все-таки был Натан? Надо же, а отец его подозревал. Как вышло, что все мы так крупно ошиблись?
— Не знаю, я запутался. Нужна ясная голова, чтобы еще раз все осмыслить.
— А огонь? Бриан говорил, что «огненный шквал» запустит Фаренджер.
— Фаренджер не применял заклинание, разрушилась его заготовка. Тофинбейл разбирается, что могло к такому привести. Он подозревает работу материалиста. Сама знаешь, особо одаренные из них могут разрушать почти все, вопрос только в собственном резерве мага. Сейчас на пепелище дознаватели в поисках зацепок носом роют землю. Хотелось бы найти хоть намек на то, кто это может быть.
— Отец до отъезда успел доложить тебе о записке Сарды?
Эдуард кивнул.
"— Я тут читала и, кажется, кое-что нашла, — я указала на дневник. — Я не уверена, но возможно, это поможет что-то прояснить, если, конечно, второй неизвестный имеет отношение к нашему делу.
— Ты все еще читаешь его? — искренне удивился он, но даже не попытался взять его в руки. Какая-то неоформившаяся мысль мелькнула в голове и тут же испарилась.
— Не перебивай меня! Я и сама собьюсь, без всякой помощи! Перед тем как уснуть, я разбирала вот это место, видишь? — Я ткнула пальцем в страницу.
Эдуард нахмурился:
— То есть Сарда имел в виду ястреба — родовой тотем моего предка Игана Лютого, который и поселился на гербе королевства? Носить оперенье ястреба — притворяться королем?
— Или потомком королевской династии. Или действительно себя таковым считает. Похоже на бред, но мы не можем позволить себе упустить даже мелочь.