Ледяная принцесса

Потому и количество Родов изначально было таким небольшим — всего пять. Насколько хватило энергии, столько и получилось. Все-таки первый император действительно был гением, если умудрился использовать все это и создать такое. Сам Лешка даже теоретически не представлял, как такое можно было провернуть. Впрочем, он не считал себя гением магических наук и заморачиваться не стал."

"— Вообще-то, мне до этого нет никакого дела. Я… да что я пытаюсь объяснить… Тебе ведь даже не интересно, что я говорю, для тебя этот разговор только лишнюю информацию выпытать.

— Не находишь противоречия в своих словах? — усмехнулся Вариэн. — Мне либо не интересно, либо я информацию выуживаю.

— Выуживаешь под видом того, что неинтересно, — хмыкнул Лешка, но тут же помрачнел. — В любом случае прорыв — это риск и серьезный. Каковы шансы, что обойдется без потерь? И каковы шансы, что не погибнет кто-то из моих друзей?

Вариэн кивнул.

— Мой друг барон Тайрин посчитал бы, что гибель ради благого дела — это лучшее, что может быть в карьере благородного рыцаря.

Вот только он лукавил бы. Он не трус, нет и надо будет, пойдет и на верную смерть ради долга, тут он прав, мне с моим деревенским происхождением его стремления к таким вещам не понять. Но все же, полагаю, он будет до последнего верить, что уцелеет и потом сможет хвастаться перед внуками своими былыми подвигами. Так уж устроен человек, что верит в чудо до последнего. Я к этому проще отношусь. Война — это тоже работа и кому-то надо это делать. А смерти и в поле бывают… на солнце перегрелся, косой случайно кого задел. Здесь просто риск вышел… но и оплата. Потому мне тоже хочется избежать боя, не ищу я подвигов и славы. Но если все же придется их принять, то и бегать от них не стану.

Лешка с некоторой оторопью глянул на соседа.

— Да ты философ.

— А кто это?

— Люди, любящие рассуждать о смысле жизни.

— А-а… знаю таких. Коль делать ничего не умеешь, то почему бы и не порассуждать? Можно и других жить поучить. Видал я таких.

Все говорили о духе, который должен вознестись над телом, а сами толком и делать ничего не умели. Бесполезные люди.

Лешка спорить с такой сентенцией не стал, только посмеялся. Разговор же сам собой заглох. Вариэн просто не понимал таких отвлеченных вещей и мыслил с вполне себе крестьянской прагматичностью: есть польза от идей или людей, или нет. Сам Лешка тоже не горел желанием разговор продолжать, а потому подстраиваться под собеседника не стремился.