Причем устали так, что забыли отменить распоряжение никого не выпускать, отданное накануне. Напрасно граф Дюк кричал и топал ногами — гвардейцы остались непреклонными. Они искренне хотели помочь, проявляли максимум уважения, но идти навстречу сначала просьбам, а потом требованиям категорически отказывались.
— Поймите, мы не можем идти против приказа лорда, — разводили все руками. — Вот проснется, тогда… Все устали. Но вы можете послать гонца… Приказ выпустить кого-нибудь с письмом есть. Вы же должны известить императора о результатах?
Судя по выражению лица графа сообщить он хотел лично, но… либо гонец, либо ждать когда проснется лорд Торрен.
— Сам не спит и другим не дает, — рассказал друзьям Лешка уже в комнатах, посчитав, что сейчас лучше их не покидать.
— Кто? — из-за двери выглянула сонная Ленайра.
— А… а ты не хочешь еще отдохнуть?
Ленайра глянула на часы-ходики в углу и мотнула головой.
— Некогда. Собираемся.
— Опять? — взвыл Витька. — ты же на ногах еле держишься! Вчера даже до кровати не дошла — в кресле уснула!
— Да? — Ленайра озадаченно оглянулась внутрь спальни, глянула на покрасневшего Лешку, благодарно улыбнулась ему и повернулась к Витьке.
— Есть причина опасаться? — сразу насторожился Борис.
— Пока мы все собраны в одном месте? Сейчас единственная возможность для императора покончить со всеми нами одним ударом. Лорда Ригера тут нет, но потом и с ним можно будет разобраться. В замке для нас всех безопасней… Не в том поместье, где мы были, — добавила Ленайра, заметив открывшего рот Витьку, а в замке. Уйдем в него через Сосредоточие Рода.
— А ты?
— Вить, давай не здесь? Все по дороге. Гвардейцы предупреждены и ожидают только нас. Собираемся и тихонько уходим…
Пробирались какими-то захламленными коридорами, в которых, похоже, не убирались несколько лет. Вел их молчаливый мажордом Торренов, который с момента встречи не проронил ни слова. Поклонился и жестом пригласил следовать за собой.