Предсказать же реакцию юнцов, возомнивших себя вершителями судеб империи, не сложно.
— Юнцов… — Руорен многозначительно глянул на Ленайру.
— А я исключение, — прекрасно поняла этот взгляд Ленайра и поднялась. — Я росла во дворце, к тому же меня всегда окружали разные личности, которым вечно что-то было от меня нужно. В такой обстановке поневоле научишься разбираться в людях и в том, что может ими двигать. Так вот, когда меня вот прямо так пытаются ткнуть носом в нечто очень важное — это всегда настораживает.
— Они могли учесть, что наша группа состоит из новичков.
— Да нашу группу, скорее всего, они вообще в расчет не берут, ну разве как магов, создающих им дополнительные проблемы, выставляя везде свои сигналки. Но здесь и без нас хватает очень опытных людей, которые выросли на границе.
— Патрульные отряды сменились, здесь сейчас новички, помнишь?
— Да-да. Но ветераны из крепости никуда не делись. В любом случае будь на их месте я, то не стала бы полагаться на то, что такая вещь останется без внимания. В конце концов от наличия в крепости предателя зависит их безопасность. Вместо этого я подсунула бы нам конкурентов… Приехали маги, поставили ловушки, в них попались контрабандисты… все довольны.
Профессор задумался.
— Не знаю.
— Вот и я не знаю. — Девушка направилась в спальню. — И наша группа вовсе не та, с которой я согласилась бы выяснять это, идя на поводу неизвестного кукловода. Профессор… вы только что сказали Торвальду, что командир не только должен принимать решения, но и нести ответственность за них. Прошу вас… Вы ведь сами понимаете, что Торвальд неспособный командир. За сегодняшнее решение ответственность ведь придется нести не Торвальду, а вам.
Профессор еще некоторое время молча сидел, глядя на закрывшуюся в комнату девушек дверь.
— Что-то ты очень уж накрутила, Ледяная Принцесса, — покачал он головой. — Или жизнь при дворе действительно производит профессиональную деформацию — везде сложные заговоры начинают мерещиться.
В предыдущие дни Ленайра все чаще и чаще отправляла своего Грома полетать вокруг крепости вдоль дорог, пристроив ему на лапу записку.