— Да нет, просто от тебя такое слышать как-то странно.
— Ничего не могу с собой поделать. Как вспоминаю этого козла, так сразу его имя из головы вылетает. Козел — он и есть козел.
— Понял.
— А раз так, то я отправлять письмо. Со мной?
— Конечно.
Сама отправка долго время не отняла. В завершении подготовки Ленайра обернула пакет синей лентой, сделав красивую завязку, Лешка был уверен, что строго соответствующую правилам этикета. В таком виде она письмо и отдала гонцу.
— Императору, — коротко назвала адресата Ленайра.
Мальчишка, которому на вид был лет одиннадцать-двенадцать, не больше, стремительно побледнел, но что-либо сказать не осмелился. Сглотнул.
— Лично в руки, — добила его Ленайра, но все же вошла в положении мальца и пояснила, потрепав краешек ленты. — По этому все поймут кому и от кого послание, потому проводят сразу без задержек как только предъявишь письмо любому гвардейцу. Да, возможно его величество захочет задать какие-нибудь вопросы, потому сразу после вручения не уходи, пока тебя не отпустят.
Малец благодарно кивнул, натянул на голову нечто похожее на кожаную шапку-шлем с прорезями для глаз, на которые он тут же надел очки. Заботливо упаковал письмо в седельную сумку. Натянул перчатки, ухватился за повод, ногу в стремя.
— Пошла!
Птица издала нечто среднее между карканьем и кудахтаньем, взяла короткий разбег, махнула пару раз крыльями и оторвалась от земли. Сделав небольшой круг, птица усиленно замахала крыльями и стала удаляться.
— Здорово. А он не слишком молод?
Ленайра поджала плечами.
— Обычно эти гонцы служат лет до тринадцати-четырнадцати. Тех, кто старше птицы уже не поднимут. Потому и набирают таких вот маломерок. Девушки, могут, конечно, дольше летать, но желающих слишком мало. Кстати, есть и взрослые там, которые небольшого роста… ну почти как дети.
— Карлики?
— Ага. Для них это самое лучшее, — Ленайра вздохнула.
"Разбираться — это слишком. Ленайра просто прошла в комнату, кивнув охране, которая пропустила ее без единого звука.
Треон встретил их настороженно. Покосился на Лешку и уставился на Ленайру. Та, скрестив руки на груди, некоторое время рассматривала его, покусывая губы.
— Ты даже не представляешь, сколько проблем создал одним своим существованием.