Тем более Джейр и старший, а как обстоят дела с наследованием в древних Родах мало кто знал или задумывался. Конечно, император сделает объявление… в кругу близких людей и знати.
Даже вокруг тела устраивают интриги и какие-то непонятные ритуальные танцы, нахмурился Лешка, глянул вокруг чуть ли не с ненавистью. Оставаться здесь дальше не хотелось совершенно. Очевидно, Ленайра придерживалась той же точки зрения. Она что-то сказала императору и тот повелительно махнул рукой. Вокруг поднялась легкая суета и вот уже всех их выводят наружу через другую дверь.
— Можно открывать проход для людей, — распорядился император.
Конечно, Лешка не мог видеть что происходило внутри храма, но представить мог. Вскоре после их ухода через ту же дверь потянулись толпы людей Видно, они входили в центральную дверь, проходили мимо гроба и уходили через эту дверь. Цветов никто не нес, как-то не принято в империи было такое, но Лешка с удивлением заметил на лицах практически всех выходящих слезы. На это он и обратил внимание подруги.
— Твоего деда, похоже, многие уважали и любили. И совершенно из разных классов люди. Можно заставить прийти людей, но нельзя заставить их искренне выражать скорбь.
Ленайра чуть улыбнулась.
— Спасибо, Леш. Ты прав. Наверное, я никогда не смогу заменить деда и стать таким как он.
— Таким как он точно не сможешь. Ты же все-таки не он. Но ты сможешь стать собой, чтобы тебя уважали не за то, что ты стала копией деда, за то, что ты такая, какая есть.
— Как-то мудрено сказал, — хмыкнула Ленайра.
Дальше все слилось в ритуальную суету, насквозь фальшивую и необходимую. Ленайра застыла рядом с императором, чуть позади пристроились ее братья, а к ней потоком шли сановники и высшая знать империи. Все фальшиво грустили, выражали сочувствие и отходили… Справедливости ради стоит сказать, что далеко не все печалились по необходимости, некоторые действительно переживали, но на общем фоне они терялись.