Папа сказал, что ты разобралась в происходящем в империи и просил тебя не тревожить пока… — он с тревогой глянул на ее лицо, пытаясь понять как она, успокоилась уже или еще нет. Вот только без света вместо лица он видел только темное пятно, впрочем и при свете ему редко когда получалось разобраться в чувствах подруги, если она того не желала. Девушка видно догадалась о состоянии друга и приглашающе махнула рукой, указав на соседнее кресло.
— Там чайник еще не успел остыть, так что наливай, присоединяйся.
Лешка секунда поколебавшись, последовал совету и вскоре уже сидел рядом с такой же пивной кружкой в руке.
— Ты как?
— Знаешь, на удивление нормально, — кажется, Ленайра и сама была поражена этому обстоятельству. — Может это твой родной мир на меня так влияет? Дома бы я уже… — Ленайра нахмурил ась и задумалась. — А что бы я сделала дома? — Она даже как-то поникла. — Леш… я совершенно не знаю, что делать… Если я попытаюсь призвать к ответу виновников в смерти деда, то империю так тряхнет, что мало не покажется…
— Эм… может если ты пояснишь кто виновник, то мне станет легче тебе ответить?
— Все.
— Прости, что?
— Я говорю виновно все высшее руководство империи. Кто больше, кто меньше, кого использовали в темную. Но главный, полагаю, граф Гидеон Лонг.
— Погоди, начальник СБ? Но… Как?
— Дмитрий Иванович первым нащупал некоторые несуразности, которые не бросались в глаза. Слишком часто все происходило в общей линии политикии между казалось бы врадовавшими группировками.
— Гм, Ленайра, а можно попроще? Я ничего, признаться, не понял.
Девушка вздохнула.
— Ладно, давай попроще. Я сама ведь многое еще не знаю и. боюсь, многое так и останется догадками. Полагаю, все началось в тот злополучный заговор против императора, когда погибли мои родители.
— Он был подстроен?
— Нет, как раз он был настоящим.