А оставлять ее угасать – тоже нелепо. Бесполезная, зряшная потеря времени. Бессмысленный простой места в его Гостинице.
Он на всякий случай принес камеру и снял умирающую. Сначала средний план, потом наезд, крупный план культи, а затем сверхкрупный – лица и запекшихся губ. Ему все равно еще найдется что продемонстрировать врагам. А потом ему в голову пришла простая идея. Да, последний выход Марии тоже можно выстроить как сцену. Шоу должно продолжаться, и оно обязательно продолжится – мощной кульминацией, финальным аккордом.
А потом, когда с Марией будет покончено, он займется новой постоялицей.
И одновременно будет снимать сцены со второй героиней – Надеждой Митрофановой.
***– По-моему, белый фургон «Форд Транзит» – хорошая зацепка, – глубокомысленно заметил Дима.
Они с опером по-прежнему сидели в кафе близ метро «Водный стадион». Дима так и не притронулся к своей отбивной, зато выпил залпом бокал пива. «Почему нет, – легкомысленно решил он, – машину мне сегодня не водить, и с ВИП-персонами не встречаться».
– Вряд ли фургон зацепка, – скривился опер.
– Почему?
– Да потому, что белых «Транзитов» в Москве как минимум штук двадцать. А скорее – больше. Плюс еще Подмосковье. И половина, а то и три четверти водителей ездят на них по доверенности. И пока ты эту цепочку пройдешь – замумукаешься.
– Василий, я тебя прошу, – доверительно сказал Полуянов (если бы не выпитое пиво, он вряд ли взял бы с опером столь конфиденциальный тон).
– Стоп! – предостерегающе поднял ладонь майор. – Будем считать, что последней фразы ты не произносил. А я – ее не слышал.
– Тогда что мне делать, старик? – Пиво продолжало действовать, иначе Дима не стал бы столь эмоциональным и уж никогда, конечно, не назвал бы опера по-журналистски «стариком». – Я не могу просто сидеть и ждать Надю.
Интересная вещь получается, – задумчиво произнес Савельев, как всегда, глядя в сторону и избегая прямого ответа. – Твоей Надежде Митрофановой без малого тридцать лет. Она, по твоим словам, шатенка, рост около ста семидесяти. Телосложение у нее плотное вес несколько выше нормы. В то же время первой жертве, Марии Бахаревой, семнадцать лет. Ростом она около ста шестидесяти пяти, весит примерно пятьдесят пять килограммов.